Забвение

– Мне кажется, я сказал тебе не лезть на рожон! Кажется, я просил тебя хоть какое-то время пожить нормальной жизнью, – бросил Джев.

– С нормальностью получилось не очень. Сразу после нашего с тобой разговора я встретила одного старого друга. Нефилима.

Слова сорвались с губ прежде, чем я успела подумать. Но у меня не было оснований скрывать от Джева правду о Скотте. В конце концов, именно Джев встал на мою сторону, когда Гейб не хотел отпускать Би Джея, так что он не мог ненавидеть нефилимов так же люто, как Гейб.

Взгляд Джева стал жестким.

– Что еще за друг-нефилим?

– Я не обязана отвечать.

– Можешь не отвечать. Я и так уже знаю. Единственный нефилим, которому ты настолько доверяешь, чтобы называть его другом, – это Скотт Парнелл.

Я не смогла скрыть удивления:

Джев не отвечал. Но судя по его колючему взгляду он не был высокого мнения о Скотте.

– Где он сейчас? – спросил он.

Я вспомнила о пещере и о том, что обещала Скотту никому о ней не рассказывать.

– Он… не говорил. Мы встретились, когда я бегала. Мы разговаривали недолго, у нас даже не было времени, чтобы обменяться телефонными номерами.

– В центре, – легко соврала я. – Он выходил из ресторана, когда я пробегала мимо, и узнал меня. И мы поболтали минутку.

– Ты лжешь. Скотт не станет так открыто разгуливать по городу. Не теперь, когда Черная Рука назначил за его голову награду. Готов спорить, что ты встречалась с ним в другом месте, гораздо более уединенном.

– Откуда ты знаешь, где я живу? – спросила я нервно.

– За тобой по пятам ходит очень подозрительный нефилим. Если тебе и стоит о чем-то беспокоиться, так именно об этом.

– Подозрительный? Но ведь он, по крайней мере, рассказал мне о нефилимах и падших ангелах, и это намного больше, чем удосужился рассказать мне ты!

– Интересно. И что же он тебе поведал? Что он жертва? Что падшие ангелы – негодяи? Он может сколько угодно обвинять падших в создании его расы, но он далеко не жертва и он далеко не безобиден.

– Забавно, что именно ты это сказал. Между прочим, он не просил меня ни о чем вообще. И даже, скорее, наоборот: это он помогает мне, пытается помочь мне вернуть память.