Забвение

Он притянул меня к себе и стал поглаживать по спине, сначала неловко, но потом более уверенно и утешающе. Я не сопротивлялась – меня это успокаивало.

– В ту ночь, когда ты пропала, я сбежал. Здесь для меня было небезопасно. Но я увидел в новостях, что ты нашлась и не можешь ничего вспомнить, поэтому мне пришлось выйти из своего укрытия. Нужно было тебя найти. Я так многим тебе обязан.

Я знала, что лучше было бы отстраниться от него. То, что мне хотелось верить Скотту, еще не значило, что я действительно могла ему полностью доверять.

И терять бдительность. Но я так устала биться головой в стену, что позволила себе расслабиться. Я и не помнила, когда последний раз мне было так хорошо и спокойно в чьих-то объятиях. А сейчас, в его руках, я почти поверила в то, что я не одна. Скотт пообещал, что мы пройдем через все вместе, и в это я тоже очень хотела верить.

Вытерев глаза тыльной стороной ладони, я спросила:

– А почему тебе здесь быть небезопасно?

– Именно так.

Ничего.

Это единственное слово как будто переносило меня ко входу в секретный лабиринт, скрытый в тумане и тянущийся до самого горизонта.

– Да, непруха. – Несмотря на нестандартную формулировку, я поняла, что он имеет в виду: ему искренне жаль. – Черная Рука – это прозвище очень сильного нефилима. Он собирает тайную армию, и я был одним из его солдат, ну как бы, просто другого слова не подберу. А теперь я дезертир. И если он меня найдет, мне крышка.

– Давай-ка чуть назад.

Нефилим – это кто?

Губы Скотта искривились в усмешке.

– О, готовься, Грей. Сейчас у тебя крыша поедет точно. Нефилимы бессмертны. – И видя недоверие на моем лице, он улыбнулся шире: – Я не могу умереть. Никто из нас не может…

– Так. Где подвох? – спросила я.

Скотт показал на волны, бьющиеся о скалы далеко внизу:

– Если я прыгну на эти скалы, останусь жив.

Ну… ладно. Может быть, он настолько глуп, что действительно пробовал туда прыгать и выжил. Это еще ничего не доказывает.

Он не бессмертный. Просто верит в эту чушь – в свое бессмертие, а на самом деле обычный подросток, который совершил несколько безрассудных поступков, растрепал о них на каждом углу и теперь считает, что неуязвим.

Скотт сделал вид, что его обижает мое недоверие.

– Ты мне не веришь. Прошлой ночью я провел добрых два часа в холодном океане, ныряя за рыбой, и даже не замерз. Я могу задерживать дыхание под водой на восемь-девять минут.