Сделай из него мужика. Да спесь сбей. Не выделяй его ни в чем.
— Тут не от меня. Как бригада. Дело в том, Евгений Иванович, что он придет в тайгу не по своему, а по вашему желанию. С ним сложно будет. Я никого к себе силой не тащил. Мишка вроде как принудиловку отбывать будет. Ведь не в дом свой, в бригаду взять предлагаете. А тут не я один решаю. Все…
— Тогда поговори с людьми. Я ведь неспроста. Через пару лет — на пенсию. А сына мне в заместители направляют. Так пусть он у вас практику пройдет. Ведь вам с ним работать дальше, — попросил или посоветовал, вздохнув, Кокорин и остался ждать решения бригады в палатке.
Лесорубы оставили работу на несколько минут, обступили Федьку.
— Кого? Мишку Кокорина? Да он тайги в глаза не видел! Пеленки, что ль, за ним стирать будем? Он к комфорту привык. А мы что ему взамен? Он же себе хлеб отрезать не сумеет. А у нас лес валить надо. Кому охота вкалывать на него? Нет! Я не дурной! — отказался одноглазый Леха.
— Дурак ты, Алешка! Иль сам в тайгу к нам спецом пришел? Сколько с тобой цацкались? Научили! А Мишку — сама судьба дает в руки! Что из него сделаем, то и получим, когда он отца заменит.
Времени нам маловато отпущено для него. Успеть бы уложиться. Конечно, взять надо! Без сомнений. Чтоб стоял над нами тот, кто работу и жизнь таежную своей шкурой познал. Чтоб понимал все без лишних слов. И не таких к тайге сердцем поворачивали. Этот ей — не чужой. И нам его бояться нечего! Пусть везет Мишку! — ответил за всю бригаду Петрович. И с ним никто не стал спорить.
Согласились молча.
Когда Федор вернулся в палатку, Кокорин глянул вопросительно.
— Везите сына! Петрович за него слово сказал. Значит, и опекать станет. Этот — мозг бригады! С ним все считаются. Давайте сына. Ведь всем когда-то придется уходить….
Глава 4. ПЕТРОВИЧ
Петрович в бригаде пользовался неоспоримым авторитетом и уважением. Если нужно было прервать спор или загоравшуюся ссору, не пуская в ход кулаки, умел это сделать он один. Петрович был старше всех. Никто не называл его по имени.
Но это не обижало человека. Главное — в отношении. А на него он не мог сетовать.
Ованес Петрович был армянином. Но из Армении уехал давно. Вместе со своими ровесниками-мальчишками. В тот год ему не исполнилось семнадцати лет.
Получила семья на отца запоздалую похоронку. Погиб под Сталинградом. «Пал геройски в бою с фашистами», — написал командир в коротком полевом треугольнике и хвалил бойца за мужество и отвагу, проявленные при защите Отечества.
