Забывший имя Луны

Впрочем, в последний век все очень ускорилось… Но все равно, не Олегу…

– Анджа с ним поговорит, – невозмутимо продолжил Олег. – И убедит его с нами сотрудничать.

– Каким это образом? – вскинулась я.

– На основе имеющихся фактов придумаешь такую историю, чтобы тренер восточных единоборств плакал, как дитя. Если судить по американским боевикам, то в глубине души все они очень сентиментальны…

– Я бы не стала судить о характере этого Виталия на основании американских боевиков, – осторожно вставила Ленка.

* * *Виталий показался мне похожим на пятнистого помоечного кота и северокорейского «любимого руководителя» Ким Чен Ира одновременно.

Для руководителя не хватало френча (был халат), а для кота – оторванного уха и шрамов на широкой раскосой физиономии (лицо выглядело совершенно гладким и не имело признаков возраста. Сенсэю с равным основанием можно было дать и двадцать восемь, и сорок восемь лет).

– Зачем вы пришли? – без всякого выражения спросил он. – Я уже сказал по телефону вашей коллеге…

– Мы с Ленкой не коллеги, а подруги детства, – объяснила я.

 – Учились вместе в девятом-десятом классах. Сейчас я – учительница истории.

По скуластому лицу Виталия легким облачком пробежала тень удивления. Однако, на его лексике это не отразилось.

– Зачем вы пришли? – скучно повторил он.

– Чтобы попробовать убедить вас рассказать нам то, что вы знаете, – честно ответила я. – Мы с Ленкой на определенном этапе принимали участие в Кешкиной судьбе. Мы знаем, что сейчас ему угрожает опасность. И я почти уверена в том, что, если Кешка по сей день жив и здоров, то именно вы этому способствовали.

– Что же вас в этом не устраивает? – по-прежнему безэмоционально осведомился Виталий. – Вы думаете, что я его спрятал. Стало быть, мальчик в безопасности. В чем же дело? О чем вы суетитесь?

Я почувствовала легкое смущение. В словах Виталия безусловно присутствовала логика. И вместе с тем он не был прав. Сумею ли я ему объяснить?"

"– Сумею ли я вам объяснить? – спросила я вслух. – Во всяком случае, попробую.

У меня просто нет другого выхода.

В первую очередь, спрошу: знаете ли вы, что за опасность угрожает Кешке и в чем ее первопричина?

– Не знаю и знать не хочу, – Виталий сопроводил свои слова отстраняющим жестом.

– К сожалению, без этого ничего нельзя понять, – решительно возразила я. – Поэтому, в двух словах…

Я вполне ожидала, что сенсэй оборвет меня на полуслове, возможно, даже выставит из подвала. Но он безучастно дослушал мой рассказ до конца.