Зацепить 13-го

 — Мама посмотрела на меня, оценивая степень усталости, и ее карие глаза наполнились состраданием. — Почему бы тебе не лечь пораньше? А твоим преподавателям я напишу объяснительную про домашнюю работу.

— Спасибо, мама. Я действительно вымотался.

Я поцеловал ее в щеку и пошел к двери, собираясь покинуть кухню раньше, чем мама вдруг снова вспомнит о моем здоровье.

— Да, пока не забыла, — крикнула она вдогонку, заставив меня остановиться. — Я записала твою машину на техосмотр. Ближайшая дата — через две недели, в понедельник.

— Черт, — проворчал я, поворачиваясь к ней.

— В чем дело?

— В следующем месяце у меня каждый вечер сеансы физиотерапии по линии Академии. — Я сокрушенно вздохнул и потер лоб. — Мама, мне нужна моя машина. — Я с надеждой посмотрел на нее и добавил: — Конечно, если ты не хочешь, чтобы я вырубился и тебе пришлось бы везти меня в клинику. Или тогда одолжи мне свой джип.

— Пропуск одного сеанса тебя не убьет, — спокойно возразила мама.

Наверное, не убьет. Но сегодня я уже пропустил сеанс из-за Шаннон.

— И потом, через день после той даты я снова улетаю в Лондон, и мне хотелось побольше побыть рядом с тобой.

Да, я знал, что она это скажет.

Ей до сих пор хотелось быть рядом со мной. Ну и женщина.

Проклятье!

— Приближается финал лиги, — возразил я, хотя и знал, что спорить бесполезно. — Это очень важно для репутации школы. Я должен быть в соответствующей форме.

— А сейчас ты что, не в форме?

— Не жалуюсь.

— Тогда почему ты прихрамываешь?

— Что-о? — спросил я, разинув рот от неожиданности.

— Правая нога, — ответила мама. — Ты словно боишься на нее наступать.

Она повторяла слова Шаннон. Мне стало не по себе.

— Нет у меня никакой гребаной хромоты!

— Следи за словами, Джонатан! — сказала она, бросив на меня недовольный взгляд.

— Хорошо, мам. У меня нет никакой чертовой хромоты, — торопливо повторил я.

— Почему ты так болезненно реагируешь? — резонно спросила мама. — Дорогой, у тебя опять что-то с тестикулами? Если да, говори, не стесняйся.

Я открыл рот, чтобы ответить, но тут же закрыл.

Спорить с этой женщиной было бессмысленно. Мне все равно у нее не выиграть, а если я и дальше буду продолжать разговор в таком тоне, она применит мерзкий прием, как это делают все матери, когда хотят, чтобы ты сам во всем сознался.

Господи Исусе!

— Спокойной ночи, мама, — скороговоркой произнес я и повернулся, готовый поскорее убраться из кухни.

— Еще кое-что.