Зацепить 13-го

Сознание того, что иного выбора нет и возвращаться все равно придется, было особой разновидностью ада.

Обычно убегают от чего-то. Впервые в жизни мне хотелось, чтобы существовало безопасное место, куда я могла убежать.

Я чувствовала, что медленно умираю в этом доме.

В своем родном доме.

Там, где я вроде бы могу спокойно преклонить голову.

Там, где я вроде бы должна чувствовать себя в безопасности.

Дверь за спиной открылась, и каждый мускул моего тела напрягся в грозном предчувствии.

Он проснулся, и теперь мне конец.

— Шаннон, — зазвучал в моих ушах голос матери, частично рассеяв страх. — Ты забыла взять пальто.

Сделав усилие над одеревеневшим телом, я повернулась. Мама стояла в проеме, держа мое пальто.

— Тебе нельзя без пальто, — хрипло произнесла она, указывая на небо. — Сегодня весь день будут дожди. Я слышала прогноз.

— Мама, неужели ты не устала от всего этого? — дрожащим голосом спросила я, удерживая слезы. — Неужели тебе до смерти не надоело притворяться?

Ее лицо исказилось.

— Шаннон…

Она сделала шаг ко мне, а я — три шага назад.

Я так больше не могу.

Я не могу больше так жить.

Я перед матерью душу вывернула.

А она волнуется из-за пальто.

— Плевать мне на пальто, — пробормотала я и помчалась к автобусной остановке. Мне отчаянно хотелось быть предельно далеко от своей семьи. — Да пошла эта жизнь!

21. Завершение

ШаннонЯ приехала в школу, но мой гнев ничуть не утих.

Я была в таком бешенстве, что буквально ощущала его вкус и даже получала какое-то извращенное удовольствие.

Уж лучше так, чем привычные отчаяние и страх, как всегда в подобных случаях.

Гнев придавал мне храбрости и пофигизма, необходимого, чтобы сделать все, что я задумала.

Вопреки собственному разуму, понимая, что идея плохая, я знала, что должна это сделать.

Я намеревалась прояснить с Джонни Каваной несколько вещей, а потом уйти со спокойным сердцем и чистой совестью, потому что никак не могла игнорировать материнские угрозы.

После вчерашней катастрофы и утреннего спора с матерью адреналин в крови зашкаливал.

Джонни я заметила еще на подходе. Прислонившись к шкафчикам, он разговаривал с парнями — судя по виду, сверстниками. Увидев его, я судорожно выдохнула.

Невидимость — великолепная штука и необходимое орудие выживания для таких, как я.

Общение с будущей звездой ирландского регби выбивает это орудие из рук.