Зацепить 13-го

Увидев мое лицо, отец сразу перестал улыбаться.

Он поставил пластиковый стаканчик на тумбочку, присел на краешек кровати и притянул меня к себе.

— Джонни, — вздохнул он, — сынок, не держи все внутри."

"Я ревел, как маленький испуганный ребенок, уткнувшись в отцовское плечо.

— Что они говорят? — спросил я, когда ко мне вернулась способность произносить слова.

— Шесть недель минимум, — честно ответил он.

Я всегда уважал его за честность.

— Пап, все пропало, — покачал я головой, едва сдерживаясь, чтобы не зарычать от отчаяния.

 — Летняя кампания… Молодежная лига… для меня все кончено!

— Не кончено, — заверил меня отец. — На волоске, но не невозможно.

— На волоске, — повторил я. Сердце билось так отчаянно, что я боялся, как бы оно не выскочило наружу. — Дерьмо!

— Не забывай, кто ты. — Он встал и помог мне сесть на край кровати. — Ты мой сын, — добавил он, опуская мои ноги на пол. — И ты — боец.

Я свесил голову на грудь.

— Какой из меня боец…

— Ты был бойцом с того дня, как появился на свет, — возразил он.

Отец приподнял мне подбородок и заставил смотреть в его синие глаза. — Ты никогда не пасовал перед трудностями. Я не помню, чтобы ты позволял чему-то вставать у тебя на пути, и шесть недель не причина делать это сейчас.

— А если у меня ничего не получится? — прохрипел я, озвучив мой главный страх. — Если к тому времени я не приду в форму?

— Значит, не получится, — спокойно ответил он.

— Пап, я не могу… — мотнул головою я и судорожно всхлипнул.

— Если этим летом у тебя ничего не получится, значит так тому и быть, — повторил отец. — Но ты по-прежнему останешься Джонни Каваной. Достойным учеником. Хорошим человеком. И по-прежнему лучшим из моих решений.

Миллионный раз в жизни я смотрел на человека, который вырастил меня, и думал: «Стану ли я когда-нибудь таким же сильным, как ты?»

Я смотрел, как отец пододвигает стул и садится напротив меня.

— А теперь, сынок, давай реально взглянем на вещи, — предложил он, ослабляя узел галстука.

Дождался, блин.

— Реально? — переспросил я.

Отец кивнул:

— Допустим, ты не попадешь в Молодежную лигу в июне…

— Пап, я не могу…

— Выслушай меня, пожалуйста, — невозмутимым тоном попросил он.

Я угрюмо кивнул.

— Допустим, ты не сможешь сделать это в июне, — продолжал отец, описывая вслух самый страшный из моих кошмаров. — Это убийственно. Мы с мамой тебя понимаем.