Зачем я ему?

Он… Я думаю, мать не смогла с ним, потому что давит слишком, продавливает под себя любого. В бизнесе так и надо… Но не с мамой и не со мной…

— И ты решил, что игры помогут тебе…

— Ну да, наняли еще нескольких разрабов, все деньги уходили на это. Себе почти ничего не оставляли… Мама тогда помогла, ей даже объяснять не пришлось. Потом только купил эту квартиру, — кивает в сторону.

— Мне показалось, он тебя очень любит…

— Что он хотел? — тянется к пульту, выключает телевизор.

— Не знаю. Я думала, он хотел, чтобы я… перестала с тобой… общаться.

Не знаю, не могу это сказать, так неловко, это ведь все разрушит… С чего Леднев-старший вообще взял в голову, что Ник мог мне предложить поехать с ним. Мы ведь даже не встречаемся.

— Так неважно, что ты сразу покраснела?

— Он… Я не знаю, почему он это спросил… Мне кажется, он не так все понял… Я…

Замолкаю, хочу слезть с кровати, но меня не пускают.

Я не знаю, как это произошло, будто кто-то вместо меня взял и сказал. Я словно со стороны услышала свои слова:

— Спросил, предлагал ли ты мне переехать вместе в Лондон.

Вижу по лицу, как удивлен, он точно не ожидал такого и, конечно, совершенно не думал, что меня можно… что со мной можно… Такой холод внутри, кажется, даже руки свело.

— Я не понимаю, как такое могло прийти в голову, я ничего ему не говорила… Вообще никому… Я совсем не…

— Поехала бы со мной?

Обрывает мою бессвязную речь, а я вздрагиваю не столько от вопроса, сколько от взгляда.

— Я? Я не… Ну ты же…

— Так как? — смотрит так, будто, и правда, ждет моего ответа. Но это ведь невозможно.

Смотрю на него и знаю, что другого ответа быть не может. И назад дороги уже нет. Неважно, что он об этом подумает.

Улыбается так, словно знал, что именно это я и скажу.

— Моя девочка! Иди сюда, — прижимает меня к себе еще сильнее, а меня потряхивает от волнения, я, правда, это сказала? — Не предлагал, потому что уже решил, что никуда не поеду.

— А если бы поехал? Позвал бы? — теперь уже я пытаюсь прочитать ответ по его лицу.

— Без тебя бы вряд ли уехал, — поглаживает большим пальцем мою шею. — Тебя даже под присмотром бывшего спецназовца оставить нельзя.

Он усмехается, а у меня в глазах — слезы. От огромного облегчения. Я даже представить себе не могла, как на самом деле была напряжена.