Зачем я ему?

Ну а что? Какой бал, такой и принц, да и Золушка тоже не торт.

Айс молча кивнул мне и вперился взглядом в Епифанцеву. Что за гляделки? Но мне уже плевать, хочу в ванную и спать. Не прощаясь, быстро прохожу в квартиру. Машка дернулась закрывать за мной дверь.

Схватил подругу за руку и захлопнул перед моим носом дверь. Стою в квартире. Одна. Это что было?! Подумать, что происходит, времени не оказалось. Дверь снова открывается, заходит Епифанцева. Заглядываю за ее плечо. Леднева нет.

— Да так… Сказал приглядеть за тобой и не пускать завтра на учебу.

И еще просил ни о чем не спрашивать и дать тебе выспаться.

Маня смотрит на меня с таким интересом, что шанса смолчать у меня нет. Ни малюсенького…

— Так значит, этот бар принадлежит Полянскому? Ничего о нем не слышала, а я ведь много о нем собрала…

Время — третий час ночи, а мы еще не спим, валяемся в кровати. Я начала рассказывать все еще в ванной. Наверное, уснула бы там, если б не Машкин допрос. Рассказала все, кроме одного. Я сама не знаю. Может, неправильно поняла, когда Макс проговорился, что ему не дали переспать с Епифанцевой, про уговор какой-то…

— Он точно тебя не тронул? — Машка внимательно смотрит на меня.

 — Мне ты должна сказать. Я его…

— Да нет, нормально, — смех у меня нервный, — в групповушке только предлагал поучаствовать… И наркоты им не хватало.

— А Леднев, значит, опять рядом с тобой оказался?

— В смысле — опять? Я вообще не ожидала, что он там. Кстати, сказал, чтобы я обо всем забыла, и его дружки меня оставят в покое.

И еще сказал про работу не беспокоиться.

Глаза слипаются. Я понимаю, что осознание произошедшего придет позднее, а сейчас внутри меня кто-то на замок запер мои эмоции. Меня еще обязательно накроет паника, куда без нее. Но сейчас я настолько обессилена, что способна только спать.

Я поудобнее улеглась на кровати и снова прокрутила в голове наш с ним разговор в машине.

— Значит, оставят в покое. Они Айса как огня боятся, — Машка ухмыльнулась. — Ладно, давай спать, каратистка.

Многое бы отдала, чтобы увидеть, как ты Макса отключила. Не верится просто… — подруга зевнула, повернулась к тумбочке и погасила свет. — Расскажешь утром, кто тебя такому научил.

Вздрогнула. Смотрю вверх на потолок, и как будто не было этих ужасных двух с половиной лет, самых страшных в моей жизни. Кажется, это было вчера, нет, минуту назад, он просто вышел на кухню и сейчас вернется. А мне стоит просто повернуть голову, и я увижу его. Родного. Любимого. Живого.