Зачем я ему?

 — Машка вытянула руки вверх, потянулась, как сытая кошка. — Поэтому — да, мой ответ: «Да». Я согласна с тем, что мой будущий муж будет трахать элитных проституток или шлюх-секретарш. А взамен… взамен он должен будет создать нужный мне образ жизни.

Я хотела спросить, чем тогда она отличается от элитной проститутки. Только тем, что в первом случае платят наличными, а во втором к деньгам прилагается еще и штамп в паспорте? Конечно, я этого не сказала. Не мне ее судить… Может, она права? И я, правда, не знаю ни одной счастливой пары.

Хотя…

Родители Стаса по-настоящему любили друг друга. Я помню, как он приносил ей по вечерам букеты цветов, я смотрела и мечтала, что когда мы вырастем, Стас тоже будет приносить мне цветы, а я буду ждать его дома с работы, готовить ему ужин, пирог с мясом и капустой, который он так любит. И нет никакого статуса, путешествий, домработниц, светских раутов, салонов… Это все такая глупость, фальшь, а наша жизнь настоящая, простая и надежная. Такая, как у его родителей, и у нас так будет…

— О чем задумалась? Ну, скажи, что я неправа, что я продаюсь…

— Не скажу, Маш, живи, как хочешь.

Просто… просто выбирай уж тогда… Не как с Полянским.

— Не переживай, осечек больше не будет, — ставит кружку в раковину, целует меня в щеку. — Я побежала, буду часов в десять. Ты сегодня работаешь? Не задерживайся там!

Слышу, как хлопает дверь. Насчет того, что осечек больше не будет, я сомневалась. Машку просто немного выбила история с Полянским и то, что теперь вся университетская золотая молодежь ведет себя с ней так же, как и со мной.

То есть улыбаются, смотрят сквозь и стараются как можно скорее убраться с дороги. Епифанцевой давно уже не припоминают ее позорное бегство с вечеринки Воронова, но и заводить отношения тоже не хотят. Я предлагала Мане немного снизить планку, посмотреть, наконец, на того же Плодова. Его папа, кстати, довольно известный ученый-химик…

Встаю, поворачиваюсь к раковине: надо посуду помыть, домработница придет сегодня, но нехорошо оставлять грязное за собой.

Сейчас почти три часа, пойду одеваться, накрашусь и потопаю в офис. Я теперь офисный сотрудник, самой смешно… На самом деле я — курьер, числюсь так по документам уже две недели. За это время я всего раза четыре выходила из офиса. Все время в такие же конторы, как и моя. Отнести-принести подписанные договоры, акты, еще какие-то документы. Я не очень в этом разбираюсь. Бумаги не тяжелые, ходить далеко не надо — все здания в деловом центре города.