– Не вижу для вас причин плакать, – объявила она. – Если бы плакала я, это было б легко понять, потому что сэр Артур был отцом Джеффри. Но я не плачу, потому что очень мужественная и, кроме того, опухшие от слез глаза мне ни к чему. Здесь будут репортеры, и о таких вещах надо думать заранее, потому что лишний снимок в газете никогда не помешает – только, уверяю вас, не с красными глазами.
Бурные всхлипывания Камиллы, как ни странно, прекратились. Она возмутилась:
– Не представляю, как вы можете быть настолько бесчувственной! И пожалуйста, не уговаривайте меня есть, я не смогу проглотить ни кусочка.
– Только немного цыпленка, мадам, – утешающе сказал подошедший Финч и поставил перед ней тарелку.
Дайна сидела рядом со Стивеном и рассеянно жевала курятину. Кусок был на удивление безвкусным и никак не глотался. Ей казалось, она находится в каком-то Зазеркалье, где царит сплошной хаос, где знакомые люди говорят слова и совершают поступки, кажущиеся нелепыми даже во сне.
– Приехали полицейские? – спросила она и сразу же подумала, как странно это звучит, совершенно нереально, как нереальна мысль об Артуре, зарезанном в собственном кабинете.
Такие жуткие истории происходят с другими людьми, о них пишут в вечерних газетах, и ты размышляешь, что за люди могли оказаться в столь необычных обстоятельствах. А с твоими близкими такого просто не может произойти. И нет смысла твердить себе, что это произошло; осознать это невозможно.
– Да, минут пять назад, – ответил Гест. – Вчетвером.
Сейчас они в кабинете. Прежде всего, наверное, захотят поговорить с Фэй. Она очень расстроена?
– Да, конечно, это ужасное потрясение, – сказала Дайна. – Я оставила с ней доктора Реймонда и миссис Твининг. Миссис Твининг кажется скорее ошеломленной, нежели расстроенной. И Джеффри там.
Камилла подняла голову.
– Никогда не видела ничего похожего на истерику Джеффри! – объявила она. – Меня нелегко потрясти, но, должна признаться, тут возмутилась до предела. Он смеялся! Как бы злобно они ни ссорились с бедным сэром Артуром, мог хотя бы изобразить жалость.
– С ним случилась истерика? – спросил Гест, приподняв брови.
– Вот уж не знаю. Могу только сказать, что вид у него был совершенно дикий. Я пришла в ужас. Подумала, что он сошел с ума.
– Для Джеффри хорошо, что его папа убит, – задумчиво произнесла Лола. – Естественно, я не могла выйти за него, лишенного денег. Но теперь дело совсем другое, он получит большое наследство и станет сэром Джеффри.
