Зачисление

Таков был уговор, — с улыбкой сказала она, проводя по моему бедру.

— Поэтому каждое занятие ты издеваешься надо мной, надевая всё более откровенные наряды или извиваясь передо мной так, что слушать о иглах уже нет никакого желания? — я стал приближаться к ней, но был остановлен её рукой, которая упёрлась мне в грудь.

— Подожди! — с напряжением в голосе сказала она. — Я покажу тебе эти точки, и ты поставишь в них иглы.

— Оооо, — с удивлением произнёс я.

Джу Ли смутилась, но продолжила.

— Мне было пятнадцать, когда учительница воздействовала на точки, как она их называла, безудержного желания.

— И как ты справилась с возбуждением? — заинтересованно спросил я.

— Учительница меня многому научила. И она научила меня доставлять удовольствие не только мужчинам. — Я удивленно присвистнул. Такой откровенной истории я не ожидал услышать.

Справившись со смущением, Джу Ли показала мне на пять точек, расположенных на животе и внутренней стороне бёдер.

Когда я их установил, то несколько минут Джу Ли лежала с закрытыми глазами, не подавая ни звука.

И пока она не сказала, чтобы я убирал иглы, стал её нежно гладить. Оказалось, что наблюдать за ней со стороны тоже приятно.

Так она пролежала не больше минуты, после чего простонала сказав, чтобы я убирал иглы.

* * *Через пару часов я вошёл в комнату Хрущёвой. В это время обычно я занимался с ней развитием магического зрения.

Когда я сел напротив вампира, она сделала вид, что принюхивается ко мне.

— Снова спал со своей рабыней! Совесть бы поимел, у меня не было мужика почти полгода. Такими темпами я сама попрошусь в барак к рабам!

Я заметил, как покраснела Элин и её руки сжались в кулачки. «Интересная реакция,» — подумал я. Ведь раньше я не замечал, чтобы она смотрела на меня иначе чем как на ребенка.

— Сегодня распоряжусь перевести твои вещи в барак, — постарался с непроницаемым лицом сказать я.

— Снова ты надел маску монстра, — уже по-другому выразила мысль Хрущева. — Но если серьёзно, то тебе не следует приходить сюда сразу после секса.

— Ты думаешь мне есть дело до твоих чувств? — сердитым голосом спросил я.

— Конечно, нет.