Онлайн-библиотека книг
Чтобы уж раз и навсегда!
– Следак что говорил? – спросил у Бамута батальонный медик.
– Ну что говорил? – тяжело вздохнул Семен. – Рыжику светит тюремное заключение, нам троим – статья за дискредитацию участников боевых действий. И это в лучшем случае, потому что Жак нанес телесные повреждения, я – повредил казенное имущество и поставил под угрозу жизнь сослуживцев, ну а ты, Псих, на камеру наговорил себе на три статьи.
В общем, следак предложил разойтись по-хорошему: мы признаем себя виновными по двести восьмидесятой статье УК РФ, официально раскаиваемся и просим прощения на камеру, получаем условку и штраф, вылетаем из рядов ВС РФ, а взамен Рыжик получит меньший срок и к остальным бойцам нашего батальона никаких санкций принимать не будут.
– Утро вечера мудренее, – ответил я. – Ничего, прорвемся! Черта лысого они наш батальон разгонят, и Рыжика мы им не отдадим. Я сейчас подумаю, а ночью, глядишь, духи чего подскажут. Утром дадим свой ответ.
Глава 11
Первый бой на окраине Токмака был очень жесткий и кровопролитный, мы потеряли практически всю нашу боевую технику: два танка Т-72, шесть БМП-2 и три БТР-80. В строю остались лишь четыре БТР-80, две БМП «копейки», три «мотолыги» и десяток различных бронеавтомобилей, включая три трофейных «бардака».
Враг в том первом бою потерял не так много техники, как мы, потому что у них артиллерия, в отличие от нашей, работала исправно и колотила по нам как заведенная. Мы точно уничтожили один их танчик, три БТРа и четыре каких-то легких бронеавтомобиля западного производства.
Зато второй день обороны Токмака был выигран нами у противника всухую. Ночью три наши ДРГ проникли в серую зону, где заминировали проселочные грунтовки и дорогу, идущую из Червоногорки. Всего поставили двадцать противотанковых мин и фугасов разной степени мощности. Две ДРГ вернулись обратно в Токмак, а одна, наша, осталась.
