— Вот они… — Бакаев вернулся на место, но сутулиться не перестал, будто на него давило нечто, связанное с зажатыми в руке картонными листами.
Сизов не обнаружил ни малейших признаков любопытства.
Бакаев протянул картонки ему. В середине каждой был приклеен лист фотобумаги.
— Похожи?
Сизов не торопясь взял желтоватый картон, внимательно осмотрел изображенный на фотобумаге вытянутый прямоугольник с кружками на концах. Так же основательно обследовал фотоизображение на второй картонке.
— По-моему, одинаковые.
— Я бы так категорично не сказал, но то, что похожи, — факт.
— Бакаев забрал картонки, бросил на стол.
— Не тяни резину. — Сыщику надоела маска отстраненного безразличия, но только тот, кто знал его давно, мог обнаружить, что сообщенное экспертом его заинтересовало.
— Это отпечатки орудия убийства на коже потерпевшего вокруг раны.
Один отпечаток — с трупа Сероштанова, который я исследовал позавчера.
Второй — с трупа Федосова, убитого семь лет назад в Яблоневке.
— Да? Ну-ка дай взглянуть еще раз…
Уже не пряча эмоций, Сизов схватил со стола электрографические отпечатки.
Глава четвертая
Вечером того же дня Мишуев проводил очередную оперативку. Обычно первым докладывал Сизов. Сейчас устоявшийся порядок был нарушен — начальник предоставил слово Веселовскому.
— У них не действовали фары, что, видимо, и привлекло внимание патрульных. Неисправность объясняет захват автомобиля ГАИ — без света на ночном шоссе не разгонишься.
— Логично, — кивнул подполковник.
— Под ковриком обнаружено два окурка сигарет «Мальборо», слюна соответствует крови первой группы…
Мишу ев сделал пометку в блокноте.
— Это очень важная улика. Только… Надо проверить, какие сигареты курил убитый.
— «Мальборо», — негромко сказал Сизов. — Кровь у него первой группы.
Мишуев резко отодвинул блокнот.
— Продолжайте, Александр Павлович.
Веселовский глубоко вздохнул и оглядел присутствующих.
— Пригодных для идентификации отпечатков пальцев при первичном осмотре не обнаружили. Мы со следователем организовали повторный, привлекли экспертов, обследовали в салоне каждый сантиметр… И на зеркальце нашли половину оттиска большого пальца.
— Не Сероштанова? — встрепенулся Мишуев.
— Нет. Проверили по нашей картотеке — безрезультатно. Послали в центральную.
— Это уже кое-что. — Мишуев снова сделал запись.
Сизов рассмеялся про себя. Повторный осмотр производил Трембицкий, искать отпечатки — дело следователя и эксперта. А Веселовский покрутился вокруг них и примазался к результату.
