Загадка американского родственника

— Это первый охотничий трофей моего Ивана Денисовича, — взяла заботливо чучело на руки Мария Александровна. — Он его еще до войны, в тысяча девятьсот тридцать девятом году подстрелил. И так гордился, что велел своему денщику сделать на память чучело.

— Ничего себе чучело! — наконец обрел Тема дар речи. — Эта ваша мертвая птица опасней любого живого орла!

— Да нет! — засмеялась Мария Александровна. — Просто наш денщик Петя все время мастерил какие-нибудь механические штучки. И к этому чучелу тоже приделал механизм. Стоит ему чего-нибудь коснуться лапами, и оно, как живая птица, вцепляется.

Может даже на ветке сидеть, и если нажать на вот эту кнопку, — показала старушка на спину чучела, — когти разжимаются. Ты молодец, что нашел его, — похвалила она Тему. — Я думала, чучело давно пропало. Но что ты в кладовке-то делал?

— Я думал, что это ванная, — соврал Темыч.

Вид у него был жуткий. В волосах застряло несколько перьев от чучела. Свитер облепила паутина. С левой кроссовки стекало на пол варенье.

— Теперь тебе тем более не мешает умыться, — посоветовала Мария Александровна.

— Только не ошибись больше дверью, — фыркнула Катя, — А то вдруг тебя где-нибудь игрушечный паровоз задавит.

— Очень смешно, — огрызнулся, скрываясь за дверью ванной, Темыч.

— Пойдемте в столовую, — позвала ребят за собой Мария Александровна. — Не будем ему мешать. Пускай приведет себя в порядок и успокоится.

Темыч, однако, так и не успокоился. Наспех отчистившись и умывшись, он принялся с ошалелым видом носиться по квартире.

Сперва он проверил, надежно ли во всех комнатах и на кухне закрыты окна. Затем самым тщательным образом изучил замки и цепочку на входной двери. После чего все же направился вновь в кладовку. Там он со второй попытки достиг двери черного хода. Убедился, что она надежно заперта, и только после этого присоединился к остальной компании.

— Слушай, Темка, ты снова весь в паутине! — засмеялась Таня.

— Вот черт! — устало отдувался тот. Работа по безопасности старой учительницы успела уже порядком его утомить.

 — Ладно, пойду опять в ванную.

— Славный мальчик, — проговорила Мария Александровна, когда он вышел в коридор. — Но почему он у вас такой нервный? Мечется, беспокоится. Прямо места себе не находит. Может, его невропатологу показать стоит?

— Нет, это у него само пройдет, — махнул рукой Женька. — Иногда просто последствие плена сказывается.

— Плена? — заволновалась Мария Александровна. — Несчастный ребенок. А я-то вижу: замечательный мальчик. Умненький.