Онлайн-библиотека книг
Надо сказать, что хотя в эти дни я практически не видела Андрея, но он заочно вызывал у меня раздражение – оттого, что самоустранился от всех проблем и забот, возникших со смертью Лизаветы. Михаил Александрович, например, в то же самое время крутился как белка в колесе, то успокаивая Натали, то урезонивая Людмилу Петровну, то приструнивая слуг, то помогая полицейским. От меня проку тоже было мало, но я изо всех сил старалась быть полезной. И отлично понимала, что именно теперь, в этой из ряда вон выходящей ситуации, проявлялся истинный характер каждого из присутствующих в доме.
Мне очень многое хотелось сказать Андрею сейчас, во многом упрекнуть, но, едва я разглядела его лицо, смогла только вымолвить пораженно:
– Что с вами?..
– Со мной? – без эмоций переспросил он. – Со мной все хорошо.
У меня первой мыслью было, что головой он ударился все же слишком сильно: глаза на некогда свежем и пышущем здоровьем лице запали и почернели, щеки были небриты, и, кажется, он даже забыл воспользоваться одеколоном. На его фоне Вася сейчас выглядел прямо-таки блестящим дворянином.
Пока я пыталась понять причину перемены в Андрее, Вася заговорил:
– Андрей Федорович рассказал, что здесь у вас произошло… – Он заметно нервничал. – Впрочем, мне уже и Никифор, кучер наш, многое поведал.
"– О полиции я ничего не знаю, – поспешно солгала я, – а с Натали все хорошо, она справляется. С приездом вас, Василий Максимович. – Я выдавила из себя улыбку. – Что в Пскове?
Тот тяжело вздохнул, и по вздоху этому можно было понять, что никаких хороших вестей он не привез.
– Отвратительные там дела, – угрюмо ответил Вася. – То есть сначала все шло неплохо: оказалось, что на этого стряпчего, Синявского, и раньше поступали жалобы, его даже пытались обвинить когда-то в аферах с бумагами, но не смогли доказать.
– Какого именно содержания? – раздраженно переспросила я – терпеть не могу, когда говорят загадками.
