Загадка неуловимого доктора

— По-моему, ты, подруга, не врубаешься в обстоятельства, — покачала головой Моя Длина. — Во-первых, какой нормальный человек лишний раз попрется в милицию…

— При чем тут милиция, — перебила Таня. — Вопрос-то в другом. Вот если, Машка, у твоего соседа станут угонять на твоих глазах машину, ты что, промолчишь?

— Это смотря у какого соседа, — серьезно подошла к проблеме Моя Длина. — Если, например, станут угонять у того гада, который живет над нами и стучит по трубе отопления, как только я даже тихонько врубаю музыку, то, девчонки, при всей моей большой порядочности, извините…

Тут Моя Длина как-то особенно выразительно развела руками.

Кате и Тане сделалось ясно, что этому соседу Школьникова не поможет ни при каких обстоятельствах.

— Но Темкин отец — совершенно другой случай, — отметила Таня. — Он, по-моему, просто не способен никому жизнь отравлять.

— Он-то, может, и не способен, — согласилась Моя Длина. — Но вы, девчонки, не„подумал и, что машину у него фактически никто не угонял.

— Ну да? — иронично сощурилась Катя.

 — Новая машина Темочкиного папы сама уехала. И решила прибиться к другим хозяевам. Ей показалось у них уютнее.

— Твой юмор, Катька, сейчас совершенно не в кассу, — чиркнула золотой зажигалкой Школьникоза. — Вы разве забыли? Вор нашел в портфеле Никиты Владимировича запасные ключи. Значит, как это происходило? Вот, например, ты, Танька, стоишь возле своей машины. Вдруг появляется кто-то еще. Он открывает ключами соседнюю тачку, садится в нее и уматывает. Ты что, кинешься вытаскивать его из салона и разоряться? Мол, стой, куда поехал? А если это какой-то родственник Темки-ного отца или, например, механик, которому поручили отогнать машину на сервис?

— И еще ведь Никита Владимирович совсем недавно купил «Пежо», — сообразила Катя.

 — Значит, большинство соседей могло еще не знать, что это его машина.

— Ну, — лихим щелчком отправила окурок в кусты Школьникова. — И вообще, девчонки, для нас хороши любые свидетели.

— Но пока, увы, ни одного из них я не вижу, — словно произнося трагический монолог из какой-то пьесы, сказала Катя.

 — Свидетели скупы стали.

— Почему скупы? — не поняла Моя Длина.

— «Бориса Годунова» надо читать, — ответила Катя.

— Читай сама, — процедила сквозь зубы Школьникова, — а я так много стихов подряд воспринимать не могу.

Катя и Таня украдкой обменялись выразительными взглядами. Но ничего не ответили. Им было давно известно: круг чтения Школьниковой в основном составляют любовные романы.