Загадка ночного стука

Ребята двинулись было к лифту, когда дверь соседней квартиры широко распахнулась.

— Вы, интересно, к кому? — предстала друзьям немолодая женщина. Голова ее была обмотана полотенцем. Олег знал эту женщину. Пианистка Софья Владимировна Вишневская. Вечно страдает мигренями. Судя по полотенцу, у нее как раз сейчас был очередной приступ.

— Сваливаем, — прошептал Женька. Олег жестом остановил его. Похоже, им представлялся случай хоть что-нибудь разузнать о таинственной квартире.

— Ах, это ты, — с явным трудом пробивалась сквозь пелену мигрени пианистка.

— Да мы, Софья Владимировна, вот в эту квартиру, — принялся объяснять мальчик в очках.

— Залили! — выкрикнул Женька.

— Весь потолок в ванной промок! — подхватила Катя.

— Ремонта на штуку долларов! — оглядывал исподлобья женщину Темыч. — Устроили тут наводнение!

— И вообще… — тихим голосом добавила Таня.

— Что, что? — поправила полотенце на голове пианистка. — Где залили? У меня все сухо.

— Да не вы, — поспешил объяснить Олег. — Вот эти, — ткнул он пальцем в дверь бывшего жилища Македонских.

— Эти? — округлила глаза женщина. — А собака откуда? — почему-то с большим недоумением уставилась она на Вульфа, который продолжал деловито обнюхивать дверь.

— Собака наша, — объяснил Олег.

— Ну, слава Богу! — воскликнула женщина и тут же схватилась за голову. — А то я думала, у меня от мигрени уже галлюцинации.

— Никаких галлюцинаций, — деловито заверил Темыч. — Нормальная собака-такса.

— Именно такса, — улыбнулась пианистка.

— А почему она вас волнует? — вырвалось у Женьки.

— Неважно, — отмахнулась женщина. — А вот хотелось бы знать, чего вы в пустую квартиру звоните? Уж ты-то, Олег, должен знать: Македонские давно в Штатах живут.

— Ну, я думал, может быть, кто-нибудь уже в этой квартире поселился, — старался не выдавать волнения Олег.

— Уж это я бы в первую очередь знала, — решительно возразила пианистка с мигренью. — Когда Македонские здесь жили, у меня каждый хлопок их двери в квартире отдавался.

Она с гримасой боли потерла лоб. Видимо, сейчас даже воспоминание усилило боль.

— Нет, никто тут пока не живет, — вновь повторила она.

— Кто же нас тогда залил? — разыграл изумление Олег.

— Поднимитесь этажом выше, — посоветовала пианистка с мигренью. — Вероятно, по стояку протекло.

— Попробуем, — согласился Олег. — Значит, здесь точно никого быть не может? — на всякий случай еще раз спросил он.