Загадка номера 622

Порядок и стабильность – наш девиз.

Молчание и осторожность – наши дети.

Двенадцать лет назад меня завербовали в особый отдел швейцарских спецслужб. Это секретное подразделение носит название P-30, финансируется из государственной черной кассы и неподконтрольно в своих действиях Парламентской комиссии по разведке.

Ошеломленная Анастасия поняла, что все эти годы ее муж вел двойную жизнь. Она лихорадочно читала его отчеты о заданиях P-30. Макер, ее милый Макер, ее недотепа муж, оказался офицером разведки! Все это впечатлило и позабавило бы ее, если бы его история не приняла трагический оборот.

Должен признаться, что у меня на совести гибель людей.

Сам того не желая, я косвенно участвовал в уничтожении бывшего айтишника Эвезнер-банка и его жены, которые решили передать списки наших клиентов испанским налоговым органам.

[…] Я глубоко сожалею о том, что по моей вине пролилась кровь.

Я не хотел причинить им вреда. Если вы читаете эти строки, значит, дела мои совсем плохи. Умоляю вас, мой дорогой читатель, поверить мне: я никогда никому не желал смерти.

Я понятия не имел о зловещих замыслах P-30. Меня воспитывали в уважении к христианским ценностям, и я надеюсь, что однажды мне удастся искупить свои грехи. Да простит меня Бог!

Анастасия в отчаянии прервала чтение. Ее била дрожь. Теперь понятно, почему президент Конфедерации выражает Макеру благодарность за оказанные родине услуги.

Она заглянула в самый конец его исповеди:"

"Моя последняя миссия должна осуществиться во время Большого уикенда Эвезнер-банка в Вербье.

P-30 просит меня помешать Синиору Тарноголу захватить власть в банке. У меня почти не осталось простора для действий: либо мне удастся убедить Тарногола назначить меня президентом, либо я буду вынужден убить его. Я знаю, что, если провалю задание, P-30 повесит на меня двойное убийство, к которому я косвенно причастен.

Никогда не думал, что до этого дойдет. Но мне не пристало жаловаться на судьбу, потому что я, и только я, несу ответственность за сложившуюся ситуацию.

Я на самом деле виноват в том, что, уступив свою долю Тарноголу, позволил ему забраться так высоко. И раз уж это моя исповедь, придется открыть еще один секрет. Я обязан рассказать вам на этих страницах, что именно Синиор Тарногол предложил в обмен на мои акции.

Анастасия зажала рот руками, пытаясь не закричать. Нет, только не это! То, что она прочла, просто не могло быть правдой! Тарногол не мог так поступить! Она чуть не разрыдалась.