Загадка номера 622

 – “Я сильнее этой девушки”, – воспротивился Бернар. “Пересядьте, месье”, – настаивал стюард. “Давайте мы с ней померяемся силами, – потребовал тогда Бернар. – Кто победит, тот и займет это место”. Стюард, понятное дело, отказался и заставил его пересесть. Он бушевал из‐за этого целую неделю. “Нет, вы только представьте!” – повторял он. Но я совершенно не хотел ничего себе представлять. Я хотел верить, что Бернар будет жить вечно. Я хотел верить, что он непобедим.

Мы помолчали.

– Я помню его последний день рождения, в мае прошлого года.

За восемь месяцев до смерти. Я позвонил ему с поздравлениями, и против обыкновения он не рассердился. Более того, как‐то даже повеселел: “Знаете, Жоэль, я тут подумал, что если полицейский проверит на улице мое удостоверение личности, он с удивлением взглянет на дату моего рождения и спросит: Как? Вы все еще здесь?”

– И что вы ему ответили? – спросила Скарлетт.

– Я рассмеялся. Я сказал, что он еще всех нас похоронит. Не для того, чтобы его успокоить, просто я действительно так считал.

Несмотря на шестьдесят лет разницы между нами, несмотря на его преклонные годы, мне казалось, что он вечен. И, убедив себя, что Бернар всегда будет рядом, я постановил, что он останется моим единственным издателем.

– Что вы имеете в виду?

– Издатель – это любовь. Полюбить по‐настоящему можно только один раз. После Бернара у меня никого не будет. После успеха моего второго романа все были уверены, что я уйду из “Фаллуа” в более престижное издательство. “Что вы теперь собираетесь делать? – постоянно спрашивали меня.

 – Вы наверняка уже получили предложения от лучших издателей Франции”. Но они так и не поняли, что лучшим издателем Франции был Бернар.

•Париж, май, через восемь месяцев после выхода моего второго романа.

Журналист пришел взять интервью у Бернара в издательство “Фаллуа” на улице Ла Боэси, дом 22. Бернар не особенно любил давать интервью, но иногда, по моей просьбе, соглашался сыграть в эту игру. Я сидел рядом.

Задав несколько банальных вопросов, журналист, подразумевая, что я, само собой, изменю Бернару с более крупными издателями Сен-Жермен‐де-Пре, спросил с лукавым видом:

– Как вам кажется, следующий роман Жоэля будете издавать вы?

Я побагровел от злости и еле удержался, чтобы не выгнать его пинком под зад.

Бернар хитро улыбнулся:

– Если следующий роман Жоэля покажется мне слабым, я не буду его издавать.

Я никогда не забуду эти слова, очень емко выразившие суть отношений, сложившихся у нас с Бернаром за эти годы.