Если сейчас уйти, смелый эксперимент так ничем и не кончится. «Нет уж, — обуяло упорство Темыча. — Раз взялся, надо довести дело до конца. Тем более что она явно торопится. А, значит, скорее всего, быстренько возьмет деньги и выпроводит меня за дверь».
Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать. Колдунья не появлялась. Темыч, от нечего делать, медленно расхаживал по просторной комнате. Сперва он разглядывал позеленевшие медные ступы, самовар, керосиновые лампы и прочую старинную колдовскую утварь, доставшуюся госпоже Гликерии от предков.
Затем предался длительному созерцанию медвежьего чучела. Темыч не мог взять в толк, каким образом эта реликвия оживает? Чучело было старым, потрепанным. Шерсть местами совершенно вылезла. Когда Темыч решился провести по медведю рукой, ладонь оказалась в пыли. Тогда мальчик заглянул в угол. Однако никаких проводов иди сколько-нибудь заметных электронных устройств, которые могли бы создать иллюзию жизни древнего чучела, не обнаружилось. Темыч, пожав плечами, отошел в сторону.
— Интересно, сколько мне еще тут придется гостить? — тихо пробормотал мальчик-Дашенька.
Он еще чуть-чуть побродил по комнате. Затем, воздев голову, некоторое время созерцал многорожковую хрустальную люстру, освещавшую помещение. «И чего она днем электричество попусту жжет? — задумался мальчик. — Пользовалась бы, пока еще дни стоят светлые. Нет, наверное, ей черные шторы нужны для создания мистической атмосферы», — дошло, наконец, до Темыча. Тут он вдруг заинтересовался: куда выходят окна салона «Магия», и не заделаны ли они вообще в этой комнате?
Он начал по очереди заглядывать за тяжелые бархатные портьеры.
Стремясь, видимо, чтобы свет с улицы не отвлекал внимание клиентов, госпожа Гликерия не только занавесила окна плотной драпировкой, но и забрала фанерными щитами. Темыч попробовал их один за другим отодвинуть. Но щиты были закреплены гвоздями. Неожиданное препятствие вызвало у скучающей лжеДаши некоторый азарт. Неисследованной оставалась лишь последняя занавеска.
Может, хоть там нет щитов? Мальчик приподнял портьеру. Но за ней оказалось не окно, а плотно обитая дерматином дверь.
— Черный ход, что ли? — пробормотал Темыч.
Рука невольно потянулась к медной ручке. Мальчик легонько толкнул дверь. Она, на удивление, легко подалась. Даже петли не заскрипели. Похоже, их часто смазывали. Мальчик толкнул дверь смелее. За ней, вопреки его ожиданиям, оказалась совсем не черная лестница. Тема стоял на пороге комнаты.
