Загадка школьного подвала

 — По идее, когда такие вот тети Кати напарываются на грабителей, их или вообще убивают, либо вырубают на время, чтобы потом вообще ничего не вспомнили.

Добренький у нас Темочка, — откинула упавшую на глаза прядь густых черных волос Катя. — Значит, по-твоему, если бы тетю Катю убили, то она была бы вне подозрений, а так как…

Ну, убивать, положим, ее было не обязательно, — перебил Пашков. — Но уж связать-то могли как следует, чтобы она до телефона не дотянулась.

И вообще, кто видел, что она была связана? — не оставляли подозрения Тему.

Ну, наверное, милиция видела, — предположила Таня.

Милиция! — присвистнул Пашков. — Да я, если мне будет нужно, так сам себя привяжу к стулу, что любо-дорого смотреть.

А ведь Ребенок прав, — с одобрением поглядела на него Школьникова.

Просто у меня голова хорошо работает, — зарделся от похвалы Пашков.

Вот и сходится одно к одному, — снова вступил в разговор Темыч. — Ключи от школы были при сторожихе. О том, что привезут спонсорские награды, она тоже наверняка знала.

Про деньги в сейфе ей рассказал Арсений Владимирович.

— Правильно, — кивнула Катя. — Он доверяет ей. Они ведь старые знакомые. Еще с того штаба, где Арсений был офицером, а она машинисткой.

Вот-вот, — мрачно изрек Темыч. — Доверяй после этого старым знакомым.

Ну ты-то, Темочка, по-моему, даже собственной тени не доверяешь, — фыркнула Катя.

Осторожность в наше время — залог выживания, — одарил друзей очередной мудростью тот. — Арсений утратил бдительность, и вот результат.

Арсения жалко, — посочувствовала Таня.

 — Мало того, что деньги пропали, так ведь еще и спонсоры теперь могут потребовать возмещения призов.

Если сволочные, то могут, — подтвердила Моя Длина. — А главное, конкурс накрылся. Сколько трудов, и совершенно напрасно! — никак не могла успокоиться она.

В гостиной повисло молчание. Таня задумчиво глядела в окно на оголившиеся верхушки деревьев и крышу монументального дома постройки тридцатых годов, стоявшего на противоположной стороне Садового кольца.

Женька, встав с кресла, принялся мерить шагами комнату. Он органически не переносил длительной неподвижности. Олег, как и почти всегда, когда о чем-нибудь напряженно думал, занялся собственными очками. Держа их в руках, он с такой тщательностью рассматривал близорукими глазами оправу и стекла, словно они могли дать ответ, кто и с чьей помощью проник минувшей ночью в школу.

— Я все-таки надеюсь, что тетя Катя ни при чем, — не отрывая глаз от окна, повторила Таня.