Загадка школьного подвала

 — Тут у меня один совет: когда что-нибудь не проходит, нужно тару снимать.

Верно, дядя Хама! — панибратски похлопал крупного бизнесмена по плечу Пашков. — Снимем тару и даже больше, чем три сантиметра, выгадаем.

Убейволк неодобрительно посмотрел на Пашкова. Однако самого крутого бизнесмена Лешкино обращение совершенно не покоробило. Наоборот, он с уважением произнес:

— Головастый ты парень. Как окончательно вырастешь, я тебя к своему бизнесу пристрою.

Лешка расплылся в горделивой улыбке:

Дядя Хама, я уже все рассчитал.

Сейчас за молотком сбегаю. Избавимся от этого ящика, и сразу несколько зайцев убьем. Во-первых, скульптура уж точно в двери пролезет. Во-вторых, тащить будет легче. А в-третьих, скульптуру проще нести, чем ящик. Значит, будет удобнее подниматься с ней в актовый зал.

Ну, ты вообще академик! — сильнее прежнего восхитился Ахметов — старший. — Хороших ребят растите, Михаил Петрович.

Директор две тысячи первой школы пробормотал в ответ что-то неопределенное. Вообще-то он не уставал повторять, что успокоится лишь после того, как Пашков получит аттестат зрелости.

Дело в том, что Лешкину изобретательную голову с самого первого класса переполняли самые разнообразные замыслы, при осуществлении которых чаще всех остальных страдали ни в чем не повинные учителя и ученики родной школы. Поэтому Михаил Петрович при всем желании не мог искренне разделить восторгов Ахметова — старшего. Зато Арсений Владимирович тут же отметил:

— Пашков у меня один из лучших учеников по ОБЖ.

Запустив руку в карман пиджака, доблестный заместитель директора по хозяйственной части вручил Лешке связку ключей:

— Откроешь подсобку.

Возьмешь два молотка. Вместе эту штуковину расчихвостим.

Пашков вернулся очень быстро. Арсений Владимирович схватил один из молотков.

Ну что, начинаем? — обратился он к своему непосредственному начальнику.

Как, Николай? — переадресовал вопрос народному художнику тот.

Ничего не поделаешь, — развел руками человечек с бородой. — Только осторожно. Не повредите скульптуру.

У нас все четко, — заверил Пашков. — Надежный расчет и полная гарантия.

Все-таки следует уточнить, где расположена голова великого писателя, — прогудел Роман Иванович. — А то молотком заедете, нехорошо получится.

Николай Михайлович озадаченно посмотрел на ящик. Его уже столько раз переворачивали, что даже автор теперь затруднялся определить, где теперь находится голова, а где остальные части тела великого человека.

— Знаете, — посоветовал он.