— Я не маленький, — злобно ответил тот.
— Да, да, мы большие. Большие мы, — засюсюкала рыхлая Марья Ивановна в белом халате, — у меня самой внучок ровесник тебе. Тоже в четвертый класс ходит. Или ты у нас в третьем? — ласково посмотрела она на Темыча.
— Я в девятом, — уже трясло от негодования Темыча.
— Во, Семеныч, — обратилась медсестра к милиционеру. — Такой маленький, а уже в девятом. Вундеркинд небось. За год два класса проходит.
— Я, между прочим, вполне нормальный, — раздраженно изрек Темыч.
— Ну, ну, нормальный, нормальный, — сделался еще ласковей голос у медсестры.
— Звать-то тебя, миленький, как?
— Олегом, — неожиданно для самого себя соврал Тема.
— Гляди-ка, Семеныч! — воскликнула женщина в белом халате. — Ну, точно у него все, как у моего внучка. Даже имя. Пойдем. Сейчас глазик тебе обработаю. Глазику больше бо-бо не будет.
И Темыча увели в соседнюю комнату.
— Так, — вновь занялся Женькой милиционер. — Ты говоришь, как твоя фамилия?
— Я пока еще ничего про фамилию не сказал, — ответил тот.
— Тогда говори, — потребовал милиционер."
"У Женьки от пережитого голова работала туго. Он уже понял, что собственную фамилию называть нежелательно. Даже его спокойные и уравновешенные предки, узнав, как их дорогой сыночек на самом деле провел выходные, наверняка прибегнут к крутым репрессивным мерам. Беда же заключалась в том, что Женька никак не мог подобрать достойного кандидата, чьим именем было бы хорошо назваться.
— Ну? — явно уже начал нервничать милиционер.
— Чего молчишь?
— Боря Савушкин, — назвал Женька имя еще одного их соратника по девятому «В».
— Наконец-то! — принялся писать в блокноте милиционер. — Савушкин Борис… Отчество! — потребовал он у Женьки.
— Отчество у меня это… такое… — замялся Женька, никогда не знавший Борькиного отчества.
— Васильевич, — услужливо подсказал Пашков.
— Именно, — очень обрадовала его помощь Женьку. — Савушкин Борис Васильевич.
— Ты что же, сын? — покосившись на носилки, с большим сочувствием спросил милиционер.
— Нет, нет, — испуганно замахал руками Женька.
— А вы мое отчество забыли спросить, — вклинился Пашков, чтобы перевести разговор на другую тему.
— Правильно. Говори, — повернулся к нему милиционер.
— Ахметов Марат Хамитяевич, — услужливо сообщил Пашков.
— Выходит, вы и не братья совсем, — посмотрел милиционер на мальчиков.
Тут к ним подвели Темыча с забинтованным глазом.
— Денек походишь, мой милый, — напутствовала его медсестра, — и полегчает.
