Аппетитно уплетая отбивные, ребята даже не заметили, что на улице холодно. Когда же мальчики благополучно расправились с мини-обедом, то внезапно почувствовали, что замерзли.
— Давай-ка дежурить по очереди, — предложил Женька. — Чего вдвоем-то торчать на холоде.
— И кто первый останется? — внимательно посмотрел на него Темыч.
— Ты, — без тени сомнения откликнулся Женька. — А я пока пойду что-нибудь гляну по ящику.
— Однако, — не слишком обрадовался Темыч.
Но Женька уже пошел в комнату. Впрочем, и тому и другому еще пришлось изрядно померзнуть.
Василий Николаевич явно домой не спешил. Время от времени дежурившие на балконе мальчики обменивались знаками с друзьями. Те, видимо, тоже успели порядком продрогнуть и, чтобы согреться, не переставая, расхаживали по улице. Пашков с Моей Длиной вдоль дома. А остальные — в начале Спасского тупика.
— И долго, интересно, еще ждать? — запрыгал на месте неуемный Женька.
— А ты его поторопи, — съязвил Темыч.
— Уже не придется, — с торжеством отвечал ему Женька.
— Вот он, голубь наш сизокрылый.
«Голубь сизокрылый», свернув с Большой Спасской, уже шагал вдоль дома по Спасскому тупику. Моя Длина, предупрежденная, что цель близка, отошла от Пашкова и начала видеосъемку. При этом она делала вид, что снимает Пашкова на фоне дома.
— Ну, чего застыл? — скомандовала она Лешке. — Больше движений! Больше движений!
Лешка попятился и словно бы невзначай налетел на Василия Николаевича.
— Ну, молодец Моя Длина, — оценил ее маневры Женька.
— Кто бы мог подумать, — вынужден был согласиться Темыч с высокой оценкой Моей Длины.
Тут Пашков, повернувшись к Василию Николаевичу, громко воскликнул:
— Извините! Здравствуйте! А-а! Вы ведь Темин сосед.
Василий Николаевич растерянно поглядел на Пашкова. Затем кивком головы подтвердил, что тот не ошибся. Моя Длина, не переставая, снимала. Олег, следя за ней из-за киоска, шепнул Кате и Тане:
— Порядок. Считайте, что в кадр он попал.
Глава IX
БОРИС ОЛЕГОВИЧ КИПИТ ОТ ВОЗМУЩЕНИЯ
А Моя Длина решила на достигнутом не останавливаться.
Подойдя к Василию Николаевичу, Машка томно проговорила:
— Ой, извините, пожалуйста. У меня к вам просьба.
При этом Школьникова, словно бы по инерции, продолжала снимать.
— Какая просьба? — не слишком обрадовался Василий Николаевич.
— О, совсем небольшая, — тем же тоном продолжала Моя Длина. — Мы хотим вместе с Лешкой сняться. Возьмите, пожалуйста, камеру.
— Да я не очень с ними умею, — попытался отделаться Василий Николаевич.
