Друзья добежали до Дома военной книги, свернули во двор и вбежали в Портняжный переулок.
— Черт! — тыкал Олег ключ в скважину домофона. — Вечно у нас замок заклинивает!
— Не умеешь с отечественной техникой обращаться, — врезал кулаком по железной двери Женька.
Электронный замок послушно щелкнул. Подъезд отворился. Друзья вбежали в лифт и поднялись на пятый этаж.
Не успели они, однако, проникнуть в квартиру Олега, как соседняя дверь приоткрылась. В щели сперва показалась клюка, затем перекошенное от злобы лицо престарелой соседки Олега Анастасии Кельмановны-Редкозубовой.
Друзья в панике кинулись к двери.
— Паразит! Подонок! — слышались за спинами ребят хриплые возгласы Анастасии Кельмановны. — Докатился! Девок с улицы водит!
Друзья сделали вид, что не слышат. Связываться с этой бабкой было опасно. Она при первой возможности с удовольствием использовала клюку в качестве боевого оружия.
Трудные отношения жильцов дома номер один по Портняжному переулку с бабкой Кельмановной начались с 1991 года. До этого она была относительно спокойной и служила буфетчицей то ли в Большом театре, то ли в консерватории.
Своей работой Анастасия Кельмановна была полностью довольна и даже сумела приобрести однокомнатную квартиру рядом с Олегом. После распада Советского Союза дела бабки Кельмановны пошли сложно. Сперва она ринулась с головой в «гостиничный бизнес», то есть пускала в свою квартиру коечников. Состав их был многонационален. А так как Кельмановна объясняла соседям, что это к ней приезжают родственники, папа Олега первое время с удивлением повторял:
— Сколько же их у нее!
Первые сомнения закрались в душу Бориса Олеговича при виде стайки очередной родни Кельмановны, в основном состоявшей из лиц вьетнамской национальности, среди которых гордо возвышался один широкоплечий негр.
Всю эту ораву Анастасия Кельмановна представила папе Олега как любимых племянников с Украины.
Чуть позже с одним из клиентов вышла история, и бабка едва не предстала перед судом по делу о хранении наркотиков. Кроме того, ей вменили солидный штраф за незаконную сдачу внаем квартиры.
Бизнес накрылся. С той поры Кельмановна прониклась стойкой ненавистью ко всем более удачливым обитателям дома номер один. Особенной нелюбовью пользовались у Анастасии Кельмановны дети, а больше всех остальных Олег и его друзья. Она постоянно старалась поймать их на каких-нибудь проступках и чуть что пускала в ход клюку.
— Ты можешь скорей шевелиться? — косясь с ужасом на бабку Кельмановну, шептал Темыч.
