Загадка театральной премьеры

Один из бородатых мужиков вдруг выхватил из-за пояса огромный старинный бутафорский пистолет и, направив его на охранника, закричал поставленным голосом:

Исчезни с глаз долой,

О, юных душ губитель!

Реакция опытного Убейволка была молниеносной. Метнув корзину с цветами прямиком в руки Гертруде, он выхватил из кобуры пистолет и, сделав предупредительный выстрел в воздух, оглушительно рявкнул:

— Всем лицом вниз на землю!

Актеры повиновались. Все, кроме Гертруды и коварного короля-отравителя Клавдия. Эти двое упали раньше, сбитые с ног корзиной, которую Убейволк, по-видимому, метнул слишком сильно и резко.

Что касается Ромео с Джульеттой, то они при всем горячем желании не могли исполнить приказ старшего охранника, ибо болтались в воздухе на лонжах. Кроме того, когда Убейволк произвел предупредительный выстрел, шальная пуля пролетела над головой у Джульетты, и она от страха лишилась чувств.

Увидав это, Марат с воплями: «Ты чего, отмороженный?» — рванул по чужим ногам к сцене.

— Ахметов! — ринулся следом Андрей Станиславович.

— Андрюша! Сиди! — пыталась урезонить его Светлана Сергеевна.

— Это ты сиди, — бросил уже на ходу классный руководитель. — Будешь следить за остальными.

Сказано это было очень вовремя. Ибо десятый «Б» уже был готов в едином порыве броситься на помощь Марату. Однако изящная Светлана Сергеевна крикнула:

— Всем оставаться на своих местах!

Ребята зароптали, но повиновались.

Марат первым вспрыгнул на сцену. Убейволк продолжал удерживать актеров в лежачем положении.

Служитель, державший за кулисами лонжу, от ужаса разжал руки. Ромео низринулся с высоты вниз. Правда, на свою удачу, он упал не на голые доски, а на одного из бородатых мужиков, который смягчил удар.

Этот маневр был воспринят залом как очередной режиссерский изыск Прошечкина. Джульетта продолжала висеть. Марат подскочил к Олесю:

— Спрячь пушку, дурак! Ты же в театре.

— А мне что театр, что не театр, — не хотел подчиняться охранник. — Я приставлен за вашу жизнь отвечать.

Марат хотел выдвинуть новые аргументы против «пушки», но тут в дело вмешался Андрей Станиславович. Выбив пистолет из рук у зазевавшегося Олеся, он повалил того на сцену. По залу пронесся восторженный рев. Публика по-прежнему пребывала в полной уверенности, что все развивается согласно замыслу режиссера. Десятый «Б» подобной уверенности не испытывал. Ребята были убеждены в обратном. Что, однако, не мешало им тоже реветь от восторга.