Загадка театральной премьеры

— Убедюсь. То есть убежусь. Или убеждусь, — совсем запутался Лешка. — Слушай, Олег, как правильно-то, а?

— Убегусь, — засмеялся Олег.

— Издеваться над человеком легче всего, — не разделил его веселого настроения Лешка.

— Ой, извини, — по-прежнему хохотал Олег. — У тебя же вчера в башке хором пели…

— Зря я тебе рассказал, — обозлился Лешка.

— Да ладно тебе, — примиряюще проговорил Олег. — Правильно будет: убежусь.

— Давно бы так, — проворчал Пашков. — Ладно. До завтра…

На следующее утро Компания с Большой Спасской встретилась, как обычно, во дворе у Олега.

Его дом стоял совсем рядом с родной две тысячи первой школой, где в десятом «Б» классе и учились семеро друзей. Три года назад они самостоятельно расследовали самое настоящее преступление. Затем еще одно и еще… Как с ужасом повторяли их любимый классный руководитель Андрей Станиславович и его фронтовой друг по Афганистану, а ныне майор милиции Владимир Иванович Василенко, «эти семеро словно притягивают к себе криминал». Правы они были или нет, но Компания с Большой Спасской всего неделю назад блестяще завершила свое восемнадцатое по счету расследование. Вот почему Олег и Лешка так вчера встревожились. Богатый опыт подсказывал обоим мальчикам, что таинственный хор мог и впрямь быть каким-то предзнаменованием. Впрочем, Олег не исключал, что всему виной — богатое Лешкино воображение. Тем более что таинственные голоса больше в голове у Пашкова не звучали.

— Ну? — едва выйдя из подъезда, обратился Олег к Пашкову.

Лешка мигом прижал палец к губам и покосился на стоящую рядом пухлую Машу Школьникову, в которую уже давно был влюблен.

— Что это с тобой, Ребенок? — не укрылись его маневры от девочки.

— Да это я, Машка, просто так, — покраснел Пашков.

— Кажется, у Олежки с Лешенькой от нас появились секретики, — иронично сощурилась стройная темноволосая Катя.

— Какие секретики? — навис над Пашковым долговязый Женька. — Говори быстро.

— Отстань, — пихнул его Пашков. — Никаких у нас нет секретов, — показывая украдкой кулак Олегу, добавил он.

— Отстаньте от человека, — проворчал маленький щуплый Темыч.

— Правозащитник ты наш, — поглядела на него сверху вниз Катя.

Темыч надулся и обиженно засопел. Катя над ним подтрунивала еще в младшей группе детского сада.

Темыч и впрямь готовился после одиннадцатого класса поступать в Литературный институт и уже вынашивал замысел «большой серьезной книги», которая прославит его не только на родине, но и далеко за ее пределами.