— Тогда, значит, не могло и взорваться, — уверенней прежнего произнес Лешка. — Это была абсолютно правильная конструкция. Случайности исключались.
— Слушай, Машка, — уже знал о Лешкином устройстве против грабителей Олег. — Предположим, эта штука рванула. Но каким образом Мурзик-то пострадал?
— Он оказался в эпицентре взрыва, — пояснила Моя Длина.
— Раз в эпицентре, значит, он и нажал, — откликнулся Лешка. — Он у вас на шкаф лазает?
— Он всюду лазает, — неохотно призналась Школьникова.
— Тогда мне все ясно, — продолжал Пашков.
— Небось залез туда. Начал нюхать. Нажал лапой на кнопки. Ну, и замкнул детонатор. Теперь может сам себе спасибо сказать.
— Он же не знал, — вступилась Машка за Мурзика.
— А мне почем было знать, что он прямо к устройству полезет? — охватила жгучая обида Пашкова. — Предупреждать надо. Я бы тогда тебе посоветовал в Другое место устройство поставить.
— Молчи уж, — шикнула на него Школьникова, однако теперь она и сама уже понимала, что всему виною не Лешка, а драматическое стечение обстоятельств.
— Машка, рассказывай, что было-то? Что было? — уже сгорал от любопытства Женька.
Моя Длина, исторгнув тяжелый вздох, принялась излагать события минувшей ночи.
Около четырех утра европейские апартаменты Школьниковых потряс оглушительный взрыв, тут же сменившийся, по выражению Моей Длины, «истошным и совершенно нечеловеческим воплем». Вопль, как выяснилось чуть позже, и не был человеческим, ибо издал его высокородный Мурзик, чье почти бездыханное тело было впоследствии обнаружено на полу возле шкафа.
Но это произошло потом. А сначала никто вообще не мог ничего понять. Квартиру заволокло плотной завесой едкого дыма, исходившего от антикварных противоклопиных шашек. Трое Школьниковых, надсадно кашляя, бросились открывать окна. Зинаида Николаевна при этом, не переставая, кричала:
— Покушение! Газовая атака! Конкуренты чертовы! Ребенка не пожалели!
И она попыталась замотать Машке лицо мокрой тряпкой. У Моей Длины от испуга, да еще и спросонья совершенно вылетело из головы, что Лешка принес ей агрегат против грабителей.
Лишь когда в дверь принялись звонить и стучать до полусмерти перепуганные соседи, она, наконец, поняла, что случилось.
Мать и бабка в панике носились по квартире. В дверь продолжали, не переставая, звонить и стучать. Кто-то из соседей вызвал милицию. Другие, подсуетившись, связались с пожарными, спасателями и «Скорой помощью».
Все эти службы прибыли с завидной расторопностью и притом одновременно.
