Загадка верфей

Принц Эндрю сообщил мне, что недавно перевёл том погодных заклинаний, написанный на древнемакеарельском.

Джейн охнула, поднеся руки ко рту, а затем решительно тряхнула головой и закрыла глаза. Полностью перешла на внутреннее зрение.

— Кай, что мы должны найти? Как ты считаешь, как это должно выглядеть?

Я перекатился с пяток на носки и обратно, размышляя. Всю местность я проверил уже несколько раз, хотя резерв у меня, конечно, оставляет желать лучшего. Внезапно меня осенило.

— Джейн, а проверь-ка воду!

— Что?

— Всю вот эту растаявшую воду! У тебя же предрасположенность именно к этой стихии?

Девушка смущённо кивнула и сосредоточилась на затопленных рельсах.

Не прошло и минуты, как она вскрикнула.

— Кай!

— Что случилось?

— Кай, ты был прав! Здесь точно что-то есть, но я не могу понять что. Слишком много воды, она глушит магический фон. Проверить?

— Если тебя не затруднит. Нам нужны доказательства.

Джейн сосредоточенно кивнула и стала делать пассы руками. Понимая, что никак не могу ей помочь, я с сожалением отошёл назад.

— Вы бы это, господин, собирались бы уже назад… — неожиданно обратился ко мне фурман.

— А что такое? Уже природой нельзя полюбоваться? — спросил, оборачиваясь к мужику."

"Одет он был просто — в цветастую рубаху и серые штаны, впрочем, в Дриффелде, как мне показалось из окна автомёбиуса, вообще носили одежду попроще. Поначалу этот фурман мне понравился за молчаливость и расслабленные мышцы лица, но сейчас он отчаянно крутил свой котелок, упрямо не смотрел в мою сторону, а его левый глаз то и дело дёргался.

Так. Та-а-ак.

— Почему ты хочешь, чтобы мы вернулись в город?

Украдкой бросил взгляд на Джейн. Она продолжала магичить, вода неохотно расступалась в стороны, обнажая монорельс. Я видел по дрожанию рук девушки, насколько ей тяжело приходилось.

— Да тут такое дело… оно, конечно, глупости всё говорят…

Как-то, когда я ещё пребывал на хорошем счету в Гильдии Сыщиков, меня спросили, как выглядит лицо лгуна. Я, помнится, тогда рассмеялся и ответил, что все врут по-разному, и у всех это проявляется в разной степени, кто-то даже умело маскирует враньё и может достаточно неплохо контролировать микрореакции тела.

Не существует универсального средства или признака, чтобы сказать: «человек врёт». Сейчас, спустя много лет я готов был взять свои слова обратно. Фурман врал, и об этом говорили и его глаза, и губы, и нос, и подбородок, и плечи… По красному лицу я чётко видел, что он сам не верит в свои слова.

— Ну?! — рыкнул на возницу.