Загадка верфей

Сейчас, присмотревшись к Джейн, я обратил внимание, что она еле заметно морщится, когда двигает правой рукой. Вот же ведь скотины… ну погодите, доберусь и до вас, как только закончу с этим делом.

— Я сама виновата. — Она покачала головой. — Надо было дождаться в гостинице, пока ты придёшь в себя, и воспользоваться порталом, не привлекая лишнего внимания. Но я вспомнила, как ты говорил, что у нас совсем мало времени… и захотела помочь.

— Так как мы всё-таки оказались в Лорнаке?

— Я настояла, чтобы мне дали воспользоваться магографом и написала.

.. Берни.

Почему-то это известие меня совершенно не обрадовало.

— Что именно ты ему сказала?! — тут же среагировал я. — Надеюсь, ты не стала говорить о том, что произошло в горах?! Информацию легко перехватить, тем более такому изобретателю, как Филипп…

— Ничего особенного, — поспешила сообщить Джейн. — Что меня задержали с Мэтью в Дриффелде по нелепой ошибке. Мы хотим вернуться в Лорнак, а нам не дают. Я попросила его как можно быстрее связаться с Маркусом и попросить официальное разрешение на перемещение меня и моего сопровождающего.

Умно, ничего не скажешь. Я почувствовал одновременно и облегчение, что комиссар Маркус не выстроил своих людей вокруг нашего автомёбиуса, и нас сейчас без суда и следствия не везут в Шаитерру, и лёгкое раздражение от того, что Джейн не сообщила Берни обо мне.

— Я не готова была ему сказать о том, что между нами произошло, по магограмме, — словно прочитав мои мысли, тихо произнесла Джейн: — Берни этого не заслуживает.

Я должна сообщить ему лично, прости.

Я кивнул, принимая решение светловласки.

— Кстати, с той секунды, как установка была уничтожена, погода над Дриффелдом стала заметно меняться. Солнце скрылось за тучей, ледники перестали таять. Думаю, вот-вот погодные изменения дойдут и до Лорнака…

— … и тот, кто всё устроил, сразу поймёт, что к чему, и станет форсировать события, — закончил за девушку, отдёрнул шторку автомёбиуса и выглянул в окно.

Вдалеке, ближе к горизонту, со стороны моря показались первые предвестники скорых ветров — продолговатые, полупрозрачные, словно их нарисовал жадный до краски художник, перистые облака.

Ещё несколько часов — и выматывающая жара начнёт спадать, многодневная духота развеется свежим морским бризом, а там глядишь, и придёт первый спасительный дождь. Действительно спасительный, ведь аномальная жара держалась так долго, что большая часть растительности в Лорнаке стала увядать.