Загадки старинных кладов

Высоченные луговые травы, вымахавшие по причине дождливого лета почти по грудь взрослого мужчины, вязали наши ноги словно путами, делая каждый шаг труднее в несколько раз.

Вскоре, перебравшись через неширокий водораздел, мы спустились в очередную речную долину и в конце концов уткнулись в малоподвижную речную заводь. Отломана и брошена в воду ветка, и несколько пар глаз напряженно следят за тем, куда та поплывет. Ветка некоторое время колеблется и неожиданно направляется на запад. Значит, мы стоим вовсе не на Воре, а уже на Могиленке! Эта весть придала нам немного сил, и мы устало двинулись вдоль течения этой речки, надеясь вскоре выйти на желанное слияние.

Но вот, наконец, мы выползли на открытое пространство. Бесконечные, намертво перепутанные кустарники и обширные поля двухметровой крапивы нехотя расступились в стороны, и перед нашими взорами предстала относительно проходимая речная коса, словно специально засаженная громадными, не менее чем 100-летними ветлами и ивами.

Ноги и руки наши в буквальном смысле дрожали от усталости мелкой дрожью, но светлое время дня уже на исходе и нужно срочно готовить оборудование к работе. Но вскоре выяснилось, что торопились мы в это малодоступное место напрасно. Обещанный легендой бочонок с золотом никак себя не проявил, хотя был обследован значительный кусок ивовой рощи. Подойдя к самому краю косы, я поднял фотоаппарат, чтобы запечатлеть дикую красоту этого места, и только в видоискателе увидел на противоположном берегу Могиленки весьма живописную (на первый взгляд), аккуратную и поднятую над водой площадку.

— Стоп, — пораженный внезапной догадкой, опустил я камеру, — а кто сказал, что что-то должны были закопать именно там, где мы искали? Ведь при перпендикулярном слиянии двух рек неизбежно образуются две треугольные косы, казалось бы, самой природой предназначенные для захоронения драгоценных кладов.

Сообщив о своей догадке остальным членам команды, я получил от них решительный отказ на передислокацию. И в самом деле, вновь ломиться по девственной каше из густейшей крапивы, дикого вьюна и принесенных вешними водами деревьев было мучительно тяжело. Но не отступать же от цели, тем более в тот момент, когда до нее буквально рукой подать! Пришлось идти одному, поскольку жаль было покидать столь легендарное место, не обследовав его полностью.