Загадочный Чонрэй

А месяц спустя люди, которым оказались не по нраву перемены, стали таинственным образом исчезать или умирать. Среди прочих погибли несколько моих родичей – те, кто громче всех высказывали недовольство.

Наверное, я могла бы примкнуть к сопротивлению, но явного лидера у него не было – оставшиеся в живых дядья и кузены затаились. А некоторые, по крайней мере, на словах, выражали поддержку великому князю Савелию Горшевскому.

Против кого мне было сражаться? За кого? Недовольные собирались группами, вынашивали грандиозные планы и… устраивали мелкие беспорядки.

В итоге простой люд больше роптал на сопротивление, чем на нового князя – по большому счёту народу оказалось всё равно, кто правил страной. К тому же когда Савелий Горшевский взошёл на престол, то отпустил на волю многих заключённых и на год снизил налоги.

Что делать, я не знала. Кому доверять – тоже. В одном не сомневалась – рано или поздно Савелий Горшевский посчитает меня опасной и решит мою судьбу. Неважно, что я старалась держаться тише воды ниже травы и революционных лозунгов никогда не высказывала.

Неважно, что я была всего лишь девятнадцатилетней девушкой и сиротой, зависимой от родственников… Во мне текла кровь двух великокняжеских родов, я была единственной одарённой в семье Норлесских и лучшей ученицей академии.

Быть может, меня и не убили бы, но дара точно лишили, а потом отправили в монастырь или выдали замуж. Понятное дело, меня ни один из вариантов не устраивал. Я мечтала о свободе. О магии. О приключениях. О дальних странах.

И вот, как говорится, домечталась… Но я не жалела, что сделала такой выбор и приехала в Чонрэй. Если о чём и сокрушалась, так о некоторых своих решениях, да о том, что не смогла предотвратить гибель Сины. А ещё иногда, такими вот одинокими ночами, тосковала по родине, по друзьям…

Впереди ждали две недели экзаменов. А потом, если мне удастся войти в десятку лучших учеников, я вдоволь отосплюсь и нагуляюсь.

Надеюсь, Марк не забыл о своём обещании показать мне праздничный Хансан.

После затянувшихся морозов и снегопадов наступила оттепель.

Ветер стих, а вместо снега с неба начал сыпать противный мелкий дождь. Сугробы растаяли и превратились в лужи, на дне которых таился лёд. Для обычного занятия по боевой и физической подготовке такая погода не была помехой, но экзамен всё-таки решили проводить в зале.

И вот теперь, выстроившись в ряд, мы ждали появления учителя Догэна. Несмотря на раннее утро, мои однокурсники выглядели собранными, никто не зевал.