Загадочный пациент

– Мне хотелось просто сказать тебе, что у меня все хорошо, я закончила университет и прохожу интернатуру.

- И живешь с мужиком, который убил твоего брата. – констатирует спокойно отец в дополнение к моим словам, откидываясь в кресле. – Ты думаешь, что я не знаю, что происходит в твоей жизни? У меня тоже есть глаза и уши. Я рад, что ты жива, но я не такой жизни хотел для своей дочери. Очень надеялся, что ты примешь предложение Алихана. Выйдешь замуж за нашего и не будешь высовываться.

- Мне жаль, что я тебя разочаровала, ты тоже не отец года.

Никогда не хотела для себя, стать прислугой престарелого твоего партнера. – и хотя мой голос был ровным и не показывал внутреннего состояния, руки дрожали так сильно, что мне пришлось схватить себя за колени, чтобы не выдать своего волнения. – Но теперь так, как есть. Я позор семьи: спала с мужчиной до свадьбы, да еще и с неверным. И либо ты смиришься с этим и останешься частью моей жизни, либо…

У меня совсем пересыхает во рту, говорить становится трудно.

- Аня… Ты мой единственный ребенок.

– отец старается говорить мягче, делая особый акцент на слове «единственный». – Я ХОЧУ быть частью твоей жизни. Но объясни мне только одно, как я должен принять этого человека? Как ты забыла о том, что он отнял жизнь у твоего брата? Да какой бы он ни был, как ты так быстро забыла о том, что он лишил жизни человека, который был с тобой одной крови?

Отец наносит мне удар прямо в грудь, становится трудно дышать.

Это единственная стена между мной и Майлзом, которая мешает нам сблизиться окончательно.

Я каждый день прячу мысли об этом. Но сколько я смогу уходить от этого?

Майлз обещал мне рассказать о брате, в чем заключался их конфликт. Алиса говорила страшные вещи. Где правда?

- Не Майлз его убил. – еле слышно выдавливаю из себя.

Отец лишь усмехается. Сама понимаю, что звучит смешно. На курок нажал Лука, но Майлз был рядом… Они братья, не кровные, но близкие друзья. Если бы было нужно - курок нажал бы и Майлз.

Хотела этим разговором залатать дыры, но получилось только наоборот, все затрещало по швам.

Больница – мой главный и любимый ребенок, в создание которой я вложил всего себя. Это мой полигон, где разворачивается настоящая моя война.

Может быть я не умел так хорошо стрелять как Майлз, не был таким стратегом как Лука, не умел сворачивать двумя пальцами шеи, но зато – я умел возвращать с того света. За все эти годы мои глаза не хуже любого рентгена научились просвечивать больных.

Мне нужен был помощник.