Загадочный пациент

Ее поцелуи такие чистые и не похожие ни на что, никто никогда не целовал так моё тело. Блядь. Колибри.

- Вам было больно? – по ее щекам начинают течь слезы. Она прижимается щекой к моей, прислоняясь голой грудью. Либо это ангел, либо самая профессиональная соблазнительница из всех, кого я видел.

Касаюсь ладонью ее груди, провожу пальцем по красной горошинке, припадаю ртом и целую эту нежную кожу. Мне трудно сдерживаться, хочется войти в нее без прелюдии. Я так долго хотел этого, долго бредил.

- Вы не сказали, как Вас зовут… - лопочет она, нерешительно касаясь моей шеи.

Ее ноги обвивают меня, образуя кольцо. Даже сейчас она не решается смотреть мне в глаза, щеки покрыл девичий румянец. Хочется пошутить, что меня не зовут, я сам прихожу, но так сильно свело челюсть, что из моего рта кроме рычания не вырывается ни звука.

Переворачиваю ее, укладываю на спину, рассматриваю. Она совершенна. Эта соблазнительная картина врезается в подкорку моего сознания. Маленькая колибри…

Кровь приливает к члену, заставляя его пульсировать в нетерпении.

Быстро с военной точностью я избавляюсь от футболки и штанов, оставаясь голый. При виде возбужденного меня, у девчонки расширяются глаза в ужасе, она немного отползает, раскрывая рот и вскрикивая:

У меня просто срывает крышу от ее «ох», впиваюсь руками и зубами в ее плоть, Целую. Ласкаю. Выпиваю ее. Ее стоны подстёгивают меня и говорят, что двигаюсь в правильном направлении. Девочка уже вся мокрая. Прикасаюсь к клитору и она выгибает спину, сжимает руками простыни и сама немного раздвигает ноги, поддаваясь инстинкту.

Женщина должна принадлежать мужчине. И Яна делает все правильно, послушно следует за мной.

Она очень узенькая, сладостно тесная, когда я проникаю в нее пальцем, она кусает меня за плечо, лихорадочно шепча:

В ответ лишь смеюсь и целую ее, шепчу что-то успокаивающее. У меня больше нет сил сдерживать себя.

Медленно приставляю головку к ее входу, провожу им, описывая круг, собирая влагу. Она стонет и просит остановиться, но не убедительно.

Ее тело говорит обратное.

Начинаю входить медленно, чтобы она смогла привыкнуть и подстроиться. Такая горячая и тугая, ее стенки послушно сжимают меня, вибрируют. Колибри громко стонет и подаётся вперед, ее глаза закатываются от наслаждения. Она извивается и ее груди трутся, набухают еще больше.

Замерев на несколько секунд, осознаю, что упёрся в тонкую преграду, еле уловимую.

На меня накатывает жаркая волна удовольствия и собственническое ликование.