Загадочный пациент

- Веснушка, нельзя играть с взрослыми дядями. Сначала соблазнять их, а потом угрожать. – удивительно, но его грубые, животные прикосновения не вызывают во мне отвращения. Только стыд. Впервые меня щупает мужчина. – Кто тебя подложил под меня?

От его слов мне становится тошно, он сравнил меня со шлюхой, которую ему подложили. Может быть я ничего не помню, но я никогда бы не переспала бы с ним добровольно, лучше бы себе вены вскрыла. Он насыщенный, наделённый властью урод, я насмотрелась на таких, с меня хватит этих снобов, играющих в богов.

- Хватит называть меня Веснушкой! – продолжаю вырываться, впиваюсь зубами в его тело, но ему все не почем. Словно не замечает. Чудовище бесчувственное. – Отпустите! Вы мне противны, меня стошнит сейчас!

Я значит его еще соблазнила? Меня подложили?

От отчаяния во мне просыпается сила, которую я за собой не замечала. Я ударяю, хватаю его пальцы на руках и вытягиваю их в обратную сторону, раздаётся страшный хруст, от которого даже мне становится не по себе.

Пациент меня выпускает и я бегу к дверям, вылетаю в коридор и буквально сразу же врезаюсь в Пьера, почти сбиваю его с ног. Становится больно от столкновения, все синяки начинают ныть.

Главврач смотрит на меня шокировано, у него даже не сразу находятся слова. Конечно, видок у меня еще тот. Волосы растрепались, все тело в засосах и отпечатках зубов, а я сама в мужской футболке. Картина маслом.

Придя в себя, Пьер хватает меня и тащит подальше от палаты пациента, в эту минуту я очень рада его видеть.

Пудель побелел и не церемонится со мной, хотя обычно он всегда вежлив и учтив до остервенения. Его седые кудри смешно подергиваются в такт тику на правой щеке. Это немного устрашающе, но я послушно резво передвигала ногами, чтобы не отставать от него, испуганно оглядываясь.

В коридоре показался пациент, он прижимал к себе руку, как ребенка, выражение его лица было не просто устрашающим, оно было демоническим, звериным. Завидев нас он спокойным шагом направился в наше направление.

Мои внутренности все покрылись коркой леденящего ужаса.

- Ваши ночные похождения у меня уже в печенках сидят! – мы успеваем подойти к моей палате в ту самую секунду, когда пациент окончательно сокращает дистанцию и становится позади Пьера, запихивающего меня в палату.

Я готова сама за собой захлопнуть дверь, чтобы укрыться от этого страшного человека, но мужчина предусмотрительно кладёт руку на дверь, не давая ее закрыть.