Загадочный пациент

- Не рыпайся, ты ещё не восстановился после ранения, любое неосторожное движение может привести к необратимым последствиям. – Альбо похож на маньяка, психически не здорового человека. Его нельзя выпускать в Общество. – Мой хозяин купил ее, когда ей было шестнадцать, каждый волос на ее голове принадлежит ему. Его лучше не расстраивать, он очень жестокий человек.

- И кто же твой хозяин?

Альбо улыбается, не говорит ни слова. Между мужчинами сгущаются тучи, я практически вижу блики вспыхивающей молнии.

Воздух становится горячим и вязким, пахнет адреналином и презрением. На губах мужчин играют вежливые улыбки, но глаза совсем недобрые, они готовы убить друг друга, разодрать тела в клочья.

Я прикидываю расстояние до лезвия, которое лежит на раковине, сколько мне нужно будет времени, чтобы взять его. Альбинос прав, у пациента еще не пропали хрипы, он не восстановился до конца, но что-то мне подсказывает, что этот мужчина не отступит.

Альбо резко разъединяет руки и тянется к пациенту, движение такое молниеносное, что не сразу понимаю, что происходит.

Даже не сразу различаю, что было в его руке. Мужчина успевает отбить удар, выбить нож. Брызги крови окропляют стену, оставляя на ней некое подобие картины современного искусства. Альбо ранил его…

Кровь меня не пугает, в институте я присутствовала на вскрытии тел.

Но при виде крови этого малознакомого мне мужчины, с которым у меня теперь невидимая связь, у меня холодеют руки и кружится голова.

Высшие силы заставляют меня сделать над собой усилие и встать, схватить лезвие на раковине, мужчинам все равно нет до меня дела в это время.

Я неуверенно подаюсь вперед, чтобы помочь Пациенту, нанести удар по альбиносу, но встречаюсь с ним глазами, он останавливает меня, приказывает без слов и я послушно замираю.

Альбинос чувствуя меня за своей спиной, ощущая что взгляд Майлза сместился, косится в мою сторону и теряет драгоценные секунды. Хищник наносит удар ему по голове, сбивая с ног, следующий удар отключает его.

Два удара. Точных, почти хирургических.

Мне становится дурно от небольшой лужицы крови, которая растекается вокруг его головы. Я машинально наклоняюсь и проверяю его пульс. Жив. Но почему-то меня не охватывает облегчение, только страх, что он придёт в себя. Я словно жажду его смерти.

Все это время Майлз смотрит на меня, не отрываясь, изучая. Сглатываю, пытаясь смочить пересохшее горло.