Загонная охота

Стаи перестали сторожить пустые капсулы и быстро движутся на восток. Кажется, они догадались, что хитрые двуногие их провели! — поставил меня в известность инструктор. –Группы разведчиков вышли в долину. Теперь они прочёсывают её центральные области. Боюсь, у вас почти не осталось времени…

— СИПИН, подожди изрекать дурные пророчества! — попросил я. — Может, у тебя есть предложения, как нам всем спастись?

— Предложений, которые могли бы сохранить вам жизнь, у меня нет… — ответил тот. — Но я могу подсказать, что те, кого вы называете бестиями, очень не любят соваться к гигантским формам жизни.

Предпочитают обходить их стороной. Иногда они охотятся на северо-востоке отсюда, но далеко не заходят. Однако там пройти, скорее всего, вам не дадут!

— Да мы, если честно, и сами не рвались… — признался я.

— И правильно делали! — одобрил инструктор.

Возможно, я был не прав, что сразу всех не разбудил. Мне это даже пытались потом говорить... Но небо на востоке уже светлело, и до рассвета оставалось всего ничего.

Я решил подождать утра, чтобы сообщить новости Костроме. Что и сделал, примерно через час-полтора.

Дневник Листова И.А.

День двадцать второй. Бег и плохие новости

Наш отряд быстро двигался на восток. Торопились изо всех сил. Даже, можно сказать, выбивались из этих сил!..

И всё равно наша скорость оставляла желать лучшего. Мы не бестии и так, как они — не умеем.

Однако и сами бестии пока не появлялись. По сообщениям СИПИНа, наши недруги ворвались в долину, но предпочли огибать её с юга.

Отправили по северному краю лишь несколько мелких стай."

"Возможно, не ходи мы вчера сначала на юг, а потом на север… И уже могли бы не беспокоиться. Но мы задержались. И сегодня приходилось платить за промедление.

Из хороших новостей была только одна: в себя пришёл Дунай. Он, конечно, пока ничем и никому помочь не мог — сам-то стоял с трудом… Но теперь его хотя бы не приходилось тащить. А на волокуши удалось сгрузить часть припасов: верёвки, шкуры, запасные орудия и оружие.

Люди уже давно перестали роптать на судьбу. Всем стало глубоко не до того. Усталость накатывала волнами, мешая не только идти, а даже думать. К тому же, регулярные сообщения СИПИНа не добавляли желания выяснять отношения…

Наш «обеденный привал» продлился минут двадцать. Этого было достаточно, чтобы вскрыть пайки, быстро съесть — и продолжить путь. Ещё некоторое время мы потеряли, когда пришлось обходить глубокую трещину, пересекавшую долину.