К этому вопросу я был готов.
– Я хотел бы повидаться с ней. Все-таки она, наверное, последняя, кто видел мою Машеньку в живых…
– Ах, бедный мальчик!.. – умилилась привратница и добавила с раздражением: – Да не видела эта Горелова, извините за грубое слово, ни черта! Я же вам говорю: у нее то обед, то ужин. Я еще удивляюсь, как нас тут всех, пока она дежурит, не сожгли и не обворовали!
Чтобы не вызвать дальнейших подозрений у гранд-дамы, я решил оставить тему тети Веры Гореловой. В крайнем случае, подумалось мне, найду ее по ЦАСу.
Раз она ходит отсюда обедать-ужинать – стало быть, и живет недалеко. Может, в этом же доме. Вряд ли консьержка может себе позволить питаться в пиццерии или хотя бы даже в «Макдоналдсе» – ходит есть, значит, к себе домой.
– А вы не знаете, – вдруг «вспомнил» я, – что с Машиным сыном? Моим племянником? С Борисом?
– Сыном? – в недоумении переспросила гранд-дама. – Борисом?.. Ах да, мне говорили… Конечно же! Конечно же, у Марии был сын! Но это было еще до меня! – высокомерно проговорила она.
Будто бы все, что происходило в этом доме (да и вообще на свете) в эпоху «до нее», не имело для человечества ровным счетом никакого значения.
– Да, что я говорю! – продолжила привратница. – У Марии, конечно же, есть сын!.. Говорят, ему лет семнадцать. Но я его ни разу не видела.
Она задумалась, а потом подтвердила:
– Нет, ни разу.
Разговор у нас явно перерастал в допрос, и, чтобы доверчивая женщина как можно дольше не замечала этого, я ласково дотронулся до ее руки. Мой жест не остался незамеченным.
Консьержка шумно вздохнула.
– А вы давно здесь работаете? – ласково спросил я.
– Полтора года, – важно произнесла дама.
– И что же, Борис ни разу за это время не был у матери?
– Нет, – безапелляционно подтвердила привратница. – Нет. Никогда. Ни разу.
– А где же он?
– Он проживает где-то в другом месте. Мне кажется, даже не в Москве. Во всяком случае, я припоминаю, Мария раза два уезжала к нему… Да, уезжала… На несколько дней… Послушайте, а может, он служит в армии?.
. Или, – она понизила голос до свистящего шепота, – или находится в местах, как это говорится, не столь отдаленных?..
Я сделал круглые глаза – должен же я был как-то реагировать на информацию, что сгружала мне собеседница.
– Ах, что это я говорю! – вдруг спохватилась она. – Вам, наверно, неприятно это слышать!.. Простите, простите меня за эти неприличные домыслы!..
– А кто-нибудь может знать, где бедный Борис? – спросил я. – Может быть, соседи Марии?..
