И как безнадежно она, оказывается, ошибалась…
Перед глазами против воли мелькали яркие, праздничные картинки. Вот Андрей будит ее в холодной парижской мансарде. Прижимает к теплым со сна щекам букет хрупких фиалок. Ставит на кровать коробку – из целлофанового окошечка выглядывают ее любимые эклеры…
Вот они с Андреем вместе выбирают мебель для спальни. Для их собственной спальни в московской квартире. По вечерам листают каталоги, а все субботы проводят в магазинах. Азартно спорят о цвете и стиле спальных гарнитуров.
В одном из дорогих салонов Андрей озабоченно шепчет ей на ухо: «Бог с ним, со стилем! Главное, чтобы кровать была крепкой… Ты ж понимаешь…»
Катя отгоняла воспоминания. Она пыталась разозлиться. Вспомнить те эпизоды, когда Андрей бывал несправедлив, груб, несносен. Но память ее не слушалась. В голове проносились иные картинки: его теплые объятия ледяными январскими ночами. Его изысканные салаты: из креветок с сырным кремом или мидий с зелеными яблоками.
Как по-мальчишески гордо, желая обрадовать ее и удивить, подавал он их к столу… И как азартно разгадывал кроссворды – и был единственным человеком, который знал ответ на любой вопрос… И как он никогда не повторялся в своих изящных комплиментах…
И он! Он – ее!.. Да, он ее бросил. Променял на паскудную, размалеванную Машку. Предпочел Машкины ужимки, неоконченную среднюю школу и ее хрипловатое: «Аб-бажаю умных мужчин!»
Вот и возомнил, что он и правда умный. Купился на дешевку.
Помчался на запах перегара и «Красной Москвы».
«Кому сейчас нужны умные женщины? – терзала себя Катя. – Кто из мужиков оценит скромную элегантность и диоровскую косметику, которой и на лице незаметно? Куда как эффектнее нацепить облегающий костюмчик из красно-орущей синтетики и размалевать морду килограммами польской косметики…»
Прав был Фомич, который сказал когда-то: «У женских команд век короток. Подружили, попрыгали вместе – потом раз, возник мужик на горизонте.
И все, дружба побоку. Начинают бороться. Отбивать друг у дружки дичь».
Хорошенькая же у них получилась команда! В лучших традициях бабских склок. Еще тогда, в девяностом году, Настя увела у Вали ее драгоценного Гошу. А сейчас, десять лет спустя, Маша соблазнила ее, Катиного, мужа. И в тот же день погибла. Шведская семья прямо получается! С элементами мексиканского сериала…
Впрочем, чего ждать от команды, у которой был такой замечательный тренер.
