– Именно семнадцать… И еще одно интересное совпадение – тогда же, в восемьдесят первом году, в гостинице «Националь» проживал американский бизнесмен Джейкоб О'Гар. Проживал в течение длительного срока – более полугода…
Катя уставилась на О'Гара. Я тоже посмотрел на него. Улыбка сошла с его лица.
– Джейк, это правда? – тихо спросила Екатерина Сергеевна.
О'Гар секунду поколебался, а затем проговорил:
– Да.
– И ты знал в то время Машу?
– Да, – ответил О'Гар, уже без колебаний.
– Вот оно как… – пораженная, пробормотала Катя.
– Господин О'Гар! – полуофициальным тоном обратился я к нему. – Не могли бы вы рассказать нам о ваших отношениях с госпожой Маркеловой? Мне кажется, это помогло бы в какой-то мере пролить свет на причины тех преступлений, которые она совершила… Лично я, со своей стороны, заверяю, что наш разговор не выйдет за пределы этой комнаты – и ни в каких материалах официального следствия ни в коем случае фигурировать не будет…
Казалось, О'Гар опять колеблется.
– Если хотите, – добавил я, – могу поклясться на Библии… Полагаю, что и Екатерина Сергеевна, со своей стороны, готова пообещать вам то же самое…
– Клянусь, Джейк! – серьезно сказала хрипловатым голосом Катя и внимательно посмотрела на американца.
Тот раздумывал пару секунд, затем вдруг сказал:
– О'кей… Я никому никогда не рассказывал этого… Но теперь мне осталось недолго… Я не верующий и никогда не пойду в церковь на исповедь… Даже если эта история повредит моей деловой репутации – и репутации моей фирмы, – я об этом уже ничего не узнаю, верно?.
. – Он усмехнулся. – О'кей, я расскажу… Мне давно пора было облегчить душу… Тем более что я чувствую, что виноват… Я отчасти виноват в том, что случилось с Мэри… Хотя… Хотя я считаю, что по отношению к ней я поступал правильно… Впрочем, по порядку… Только извините меня, Павел… Я устал, поэтому разрешите, я буду рассказывать по-английски? Катя потом переведет вам…"
"Рассказ господина О'Гара длился около часа. Он говорил по-английски, да еще со своим ужасным американским акцентом, глотая концовки слов.
Посему первые минут пять я понимал его. Затем еще минут десять – мне казалось, что я его понимаю. Потом я стал различать в его речи только отдельные слова. А затем – даже перестал делать вид, что понимаю.
Катюша же, конечно, понимала все. Впоследствии она пересказала мне историю господина О'Гара своими словами. Привожу ее так, как я ее запомнил в пересказе госпожи Калашниковой.
