В темноте, по морозцу, да с тяжелыми сумками (еда, сменная одежда, немного спиртного) – идти минут сорок. Девушки минуют сонного вахтера у железных полуоткрытых ворот около полуночи. Оказавшись на родной территории аэродрома, Валя сразу оживает: «Ф-фу, добрались!» Здесь бояться некого – все свое, все знакомое. Светится уютными огоньками Желтая казарма, из столовки доносится пение: поварихам только повод дай чего-нибудь попраздновать. Самолеты, переставленные с шасси на лыжи, смотрятся в ночном сумраке причудливыми огромными птицами.
Холодная загородная ночь загнала всех в тепло. На улице – ни души. Одиноко раскачивается на ветру фонарь перед входом в гостиницу, призывая тех, кто пока еще на улице, поскорее зайти в уютное тепло.
По радио только что спели Гимн Советского Союза – пробило полночь. Но гостиница, уродливое трехэтажное здание, еще далеко не спит. За освещенными окнами угадываются веселые компании – наигрывают на гитаре, смеются, звенят стаканами. В гостинице все перемешались.
В крошечных двухместных комнатах живут и спортсмены, и инструкторы, и даже сам начальник аэроклуба – его апартаменты, обшитые деревом, находятся на последнем, третьем этаже. Кстати, именно из-за такого соседства комнаты на третьем этаже особо не котируются – как веселиться, когда в любую минуту на пороге может объявиться разгневанный сонный начальник? А отбой – в одиннадцать вечера – официально еще никто не отменял…
Разумеется, все хорошие комнаты уже расхватали. Осталась единственная – по соседству с резиденцией начальника аэроклуба.
– Блин, там кровати двухэтажные, – вспоминает Катя. – И умывальника нет. И начальство за стенкой…
– Не хотите – идите в казарму, – комендантша явно устала выслушивать претензии спортсменов.
Катя и Валя переглядываются. В казарму идти не хочется – за рабочую неделю обе устали, а в казарме еще никому не удавалось толком выспаться.
– Ладно уж… а шеф у себя?
– Только что пришедши, – докладывает комендантша. – Так что без шума, сами понимаете…
– Ну и фиг с ним.
Сразу спать ляжем, – решает Валентина.
Катя не возражает. Они еще успеют наобщаться-навеселиться. Впереди – два шальных, беспечных, экстремальных парашютных выходных…
Так называемая Желтая казарма уже год как считалась на аэродроме закрытой и списанной. Были составлены десятки актов: мол, здание старое, ветхое и пожароопасное. Всем спортсменам предложено перебраться в гостиницу – то есть в бывшее общежитие для летного состава.
