Когда спортсмены обсуждали неожиданно завязавшуюся дружбу между девушками, ему пришло в голову, что Настя, Катя и Валя решили взяться за непутевую Марию, которая ограничилась средней школой – да и то, кажется, неполной.
Маша внимательно посмотрела на Гошу. Он над ней не смеялся, спрашивал совершенно серьезно.
– Ну, ты умен… – саркастически протянула она. – На кой мне институт? Пусть вон Бориска учится.
Она дежурно потрепала сынулю по нечесаным волосам и строго спросила Гошу:
– Ты с ним математикой позанимался?
…Настя вернулась в казарму вскоре после Маши и тоже оказалась под перекрестным огнем вопросов.
Но и ей удалось уйти от ответа о таинственной дружбе, благо на аэродроме пока больше интересовались ее новым приобретением – желтой машиной. Поэтому Настя успешно перевела разговоры в автомобильную плоскость.
В эту ночь в казарме было относительное затишье – за день все устали, напрыгались, надышались морозным воздухом. Пьянствовали – да и то как-то вяло – в одной-единственной комнате. Настя и Маша решили побыстрей отправиться спать – на следующее утро у них была запланирована пробежка – как же иначе, если хочешь быть настоящим спортсменом? Перед сном они встретились у мерзлого уличного туалета, расположенного метрах в двадцати от казармы.
Настя поинтересовалась:
– К тебе приставали?
– Угу. К тебе тоже. Я через стенку слышала (девушки жили в соседних комнатах).
– Боюсь я, Катька все разболтает. Если уже не растрепалась…
– Ну и разболтает. Подумаешь, секрет.
– Как ты не понимаешь, Машка! Получим добро – все расскажем.
А так – только на посмешище себя выставлять.
– Так пошли к Фомичу!
– Прямо сейчас? – свысока спросила Настя.
– Ну не сейчас. Завтра.
– Блох бы тебе ловить…
– Чего?
– Поспешность, говорю, нужна, когда блох много.
– Так все равно же Катька растреплет!
Настя вздохнула. Маша была права. Нужно срочно принимать меры.
…В ту ночь Катя долго не могла уснуть. В голове мелькали непрошеные образы: вот они, четверо, в одинаковых голубых костюмах садятся в вертолет.
Все выпрыгивают на банальной тысяче метров, а их летчик поднимает гораздо выше, на три с половиной. Они репетируют фигуры в пустом салоне. Штурман уважительно поглядывает на них через открытую дверь кабины… Катино воображение отчаянно разыгралось и отправилось в большое путешествие… Вот они – те же четверо, только немного старше и красивее – приезжают в… в… ну, скажем, в Лос-Анджелес. На международные соревнования по групповой акробатике.
