Заговорщик

Кого-то не того государь тут посадил, не находишь, Даниил Федорович?

— Нам сего не изменить, — пожал плечами Адашев. — Коли так, надобно волочильщиков искать. Где-то неподалеку должны обитать, дабы прибытка свого не упустить.

Работники, оказывается, были уже на месте. Пока Андрей и Адашев общались с воеводой, они успели поставить на катки волокушу, завести на нее первый струг и теперь вытягивали его из воды. Пятеро мужиков работали споро и красиво: крепили, устанавливали, поднимали. После того, как v-образная тележка, лоснясь от льда, забралась по крутому откосу, ее зацепили двумя канатами, перекинули их через боковые блоки на обе стороны.

Другие волочильщики закрепили петли на крестовинах, запряженных четверками лошадей, щелкнули кнутами — и кони, роя копытами мерзлую землю, потянули струг по рельсам.

Первая же пятерка рабочих тем временем несла из-за крепости новую тележку.

— Мы тут в лед не вмерзнем, мужики? — поинтересовался у них князь.

 — Долго вам пятнадцать стругов к Дону переправлять?

— За шесть дней управимся, боярин, — ответил один. — А там как Бог даст. Мороза не случится, так и не вмерзнете.

— Будем надеяться на удачу, Даниил Федорович, — повернулся к спутнику Андрей. — Раз так сложилось, боярин, я пойду за стругами на ту сторону, прослежу, чтобы не случилось чего. А ты с этой стороны следи…

Шагая вслед за ползущим по рельсам судном, Зверев был уверен, что путь предстоит долгий, ведь между Волгой и Доном около ста километров.

Пешему — дней пять пути, не менее. Между тем, уже к ночи рельсы вдруг пошли под уклон, и волочильщики быстро, как со стапеля, скатили струг в широкий, сажен десять, явно рукотворный затон, сдернули тележку, освобождая путь второму судну.

— Это Дон? — не понял Андрей.

— Нет, боярин, — ответил ближний работяга. — Сие река Червленая, левостороння. В Дон она токмо через сорок верст впадает. Дня два вам на веслах плыть, коли лед не встанет.

На Дону до ледостава еще с половину месяца пройдет. Коли до него успеете, то и в море этой осенью попадете. А не получится, так уж до весны сядете, ничего не поделать."

"После такого пожелания сидеть шесть суток на струге, наблюдая, как вокруг потихоньку нарастает и утолщается лед, было довольно неприятно. Однако, когда караван уже в начале декабря двинулся дальше, оказалось, что лед в два пальца толщиной — стругу не помеха.