"
"— Доброе утро, — говорит она, зевая и кутается в какую-то длинную вязаную кофту, под которой такая же длинная ночная рубашка.
— Доброе! — отвечаю и подворачиваюсь к ней.
Смотрю и не могу оторваться от этой женщины.
— Оцениваешь масштабы трагедии? — улыбаясь спрашивает она.
Я опускаю свой взгляд на ее ноги. Она босая.
Именно сейчас детка, я оцениваю тебя. И ты даже представить себе не можешь, насколько охренительно выглядишь. Я скольжу по тебе взглядом, и вижу, как ты смущаешься. Ты даже не понимаешь, как сильно я тебя хочу сейчас.
— Ну почему же, — кхм, — все очень даже миленько. — пытаюсь контролировать себя, но это, блин, очень сложно.
Мне так хочется запустить свои руки под эту чёртову ночнушку и дотронуться к тёплому, женскому телу и… Я сглатываю. Моя фантазия рисует мне пошлые картинки. О том, как я срываю с тебя всю эту ненужную одежду.
Зачем они вообще спят в этих тряпках? Зачем одевать то, что потом все равно приходится снимать?
О том, как целую тебя там, где хочу. И как хочу. Как вхожу в тебя.
Сначала медленно, затем начинаю наращивать темп.
От этих мыслей в паху начинает тянуть. Член больно трется о ширинку.
Стоп. Надо остановиться. Не хватало здесь ещё поллюций.
— Не считая, полуразрушенного сарая, отсутствие водопровода и газа, строение с дыркой в полу под названием уборная? — ты смотришь с насмешкой в глазах, будто бы знаешь, о чем я на самом деле думаю.
— Не считая всего этого — да. А что, здесь воды совсем нет? — хоть и с большим трудом, но все же я заставляю себя переключиться.
Иначе, боюсь, не сдержусь и затащу тебя в какое-нибудь укромное место.
— Есть. В колодце. Ведро сейчас принесу, — Арина уходит в дом и буквально через минуту торжественно вручает мне пустое ведро.
Колодец находится в двадцати метрах от двора.
Вот тебе Тимоха и русская глубинка, а то все Лондон, Брюссель, Барселона. Зажрался ты батенька. Зажрался.
Когда я набрал и принес ведро ледяной воды, Арина копошилась во дворе. На этот раз уже нормально одета в джинсах и толстовке. В руках она держала ковш для воды, мыло и полотенце.
Я поставил перед ней ведро полное до краев.
— Давай я тебе помогу.
— Чем? — спрашиваю, а сам думаю о совершенно другой помощи. Хотя подозреваю, что еще чуть-чуть и придётся мне помогать самому себе.
Арина зачерпывает ковшом воду.
— Воду на руки солью, а ты умоешься.
Не совсем та помощь, на которую я насчитываю. Ну и на том спасибо.
Я медленно снял футболку, хвастаясь своими подкачанным мышцами и кубиками пресса.
