– Они тоже туда ходили и ничего не нашли.
- Каковы ваши предложения? - спросил генерал Лазаренко.
- Зайти по этим двум лесополосам, - Фильченок двумя ладонями провёл по карте. – А здесь, вдоль железной дороги, пойдут батальоны мотострелковой бригады…
- Тогда у вас выходит пересечение действий, товарищ полковник. Вы не боитесь потерять людей от «дружественного огня»? – спросил заместитель командарма полковник Павлов."
"- Нет, - чистые и ясные глаза полководца посмотрели на Павлова, затем на сидящего сбоку командующего группировкой генерала Миронова, не проявлявшего пока никакого интереса к докладчику.
– Чего бы они там друг друга перестреляли? Никого мы не потеряем!
- Вы сами создаёте предпосылки для «дружественного огня», - заметил Павлов.
- Подразделения договорятся между собой, - ответил командир дивизии.
- Об этом должны позаботиться вы сами, - настоял заместитель командующего армией.
- Позаботимся, - отмахнулся Фильченок.
- Кто противостоит нашим действиям? – спросил Лазаренко.
- Нам противостоит… - полковник поднял глаза к потолку.
– Не менее двух батальонов противника. И артиллерия. Но я вас заверяю – это будет сродни лёгкой прогулке.
- Нумерация вражеских частей вам известна? – не унимался Павлов.
- Да кто их там разберёт…
Юра сидел в последних рядах и откровенно недоумевал от увиденного, как и большинство офицеров, которым в самое ближайшее время предстояло идти в бой. И некоторым – под командованием докладчика.
То, какой бардак творился в войсках, Трофимов видел ежедневно.
Но он понимал, что идеального порядка не будет никогда, и всегда будет «оставаться место подвигу», считая за подвиг действия, направленные на исправление чьих-то ошибок в планировании и подготовке боевых действий. Но сейчас он сидел и смотрел, как эти ошибки зарождались на стадии планирования предстоящей операции и из старших командиров их никто не спешил пресекать или исправлять. Юра просто не верил своим глазам и ушам. Впрочем, и планирования как такового не было – слова недавно назначенного командира дивизии не раскрывали в нём необходимых командиру знаний.
Это было настолько очевидно, что многие присутствующие откровенно зубоскалили.
- Это родственник заместителя начальника «гэша», - сообщил рядом сидящий подполковник ВДВ. – Неприкасаемая фигура. Очень ценный кадр.
- Для врага? – уточнил Юра.
- Ну, не для нас же, - краем рта улыбнулся десантник.
После совещания в армии Михайлов собрал офицеров на пункте управления бригады.
