Прибыв на передовой пункт управления бригады, Трофимов с удивлением встретил здесь командующего армией, сидящего за столом с картой и монитором, куда выводилась картинка, передаваемая разведывательным БпЛА. Перед генералом стояла бутылка минеральной воды, из которой он часто делал большие глотки, вид у него был подавленный.
В углу кто-то чётко поставленным голосом, разделяя слова на слоги, видимо, по радио, перечислял должности, звания и фамилии. Юра невольно вслушался, а когда понял, о чём идёт речь, почувствовал, как поплыло сознание.
- Командир танкового батальона майор Дужников… командир второй танковой роты капитан Третьяков… командир первой мотострелковой роты старший лейтенант Свиридов… заместитель командира мотострелкового батальона майор Сенотрусов…
Юра выбежал из помещения и едва не сбил с ног командира бригады. Николай смотрел на Трофимова большими глазами:
- Ты? Мне доложили, что ты триста, что ты тяжёлый…
- Тяжёлым был Сашка Сенотрусов, - Юра вспомнил, как сам докладывал «Скифу» о ранении замполита.
– Это я докладывал…
- А… может я сам ошибся, - сказал Михайлов. – Услышал в эфире «Восток», подумал, что это кто-то про тебя говорит…
- Ну, вот так… - Юра пожал плечами. – Бывает. А он… погиб. Погиб из-за какого-то контрактника, задевшего его самолюбие…
Трофимов нашёл свою «капсулу», и вскоре уже вылезал из машины возле медицинского отряда специального назначения. Первым, кого он здесь встретил, был лейтенант Артур Зайцев.
- Товарищ майор, вы живы…
Лейтенант обнял Трофимова и вдруг Юра понял, что медик плачет.
- Ты чего?
- Нам сообщили, что вы – двухсотый… - всхлипнул Артур. – В течение дня столько смертей… это невыносимо… ну как так? Товарищ майор, как так?
- Это война, Артур. - Юра аккуратно отстранил лейтенанта от себя. – Где Сенотрусов?
- Там… - Зайцев показал в сторону большой палатки, возле которой стояло много людей. – Большая кровопотеря, осколок в печень, без вариантов…
- Это я виноват… не сразу увидел у него ранение, - признался Трофимов.
- Я же говорю, товарищ майор, с таким ранением – без вариантов. Как жалко…
- Ты знаком с его семьёй?
- Да, - кивнул Артур.
- Кто такая Соня? Он называл это имя, когда уже был при смерти…
- Это его дочь.
Трофимов почувствовал, как у него самого наворачиваются слёзы. Война была беспощадна ко всем её участникам, и свою беспощадность проявляла, невзирая на должности, звания, образование, наличие семьи и возраст."
"- Мне Романов докладывал, - тихо сказал Юра.
