Зайцев организовал поиск подручных носилок – одеял, кусков брезента или тента, или чего-то другого подходящего для переноски раненых, затем стал распределять людей по группам, объясняя им, как правильно нести раненого. Вскоре первые группы стали выносить «тяжёлых» в поле.
Носильщикам предстояло выполнить тяжелейший труд – донести своих боевых товарищей до точек эвакуации, которые отстояли от села на несколько километров. При том, что и сами эти носильщики были ранены и истощены прошедшими сутками.
Подвал опустел, и это позволило медикам организовать последовательный «приём» раненых, которые стали стягиваться сюда со всех направлений.
Кому требовалось оказать немедленную помощь – врачи и фельдшер делали всё от себя зависящее.
***
Тем временем Трофимов начал лично разводить по занятой части села своих снайперов, нарезая им задачи.
- Помните, парни, - говорил он. – Этой ночью только вы и останетесь «глазами» двух батальонов. Передовая, конечно, тоже будет бдить, но, похоже, что «тепляки» есть только у вас.
Всё, что дальше трёхсот метров от вас в сторону противника – всё вражеское. Пресекайте любое перемещение. Убивайте всех. От этого зависит и ваша личная безопасность. Ара, тебе понятно?
- Так точно, - Давид уже считался опытным снайпером, которому можно было доверять самые сложные задачи.
У него был самый «перспективный» участок, который с высоты чердака одноэтажного дома просматривался на шестьсот метров – как раз на дальность уверенного огня из СВД. Так как его винтовка была оснащена ещё и «банкой», Трофимов не переживал за выбранное для бойца направление.
- Только не вздумай вперёд идти, - напутствовал командир отряда, вспоминая прежние подвиги молодого снайпера.
- Так точно! – весело ответил Давид."
"За полночь в село зашли Романов и Кузьмичёв со своими бойцами-помощниками из числа вновь прибывших. Снайпера выбрали подходящий и относительно целый двухэтажный дом на самой окраине села, откуда можно было вести косой фланговый огонь, и быстро оборудовали на нём позицию. В доме размещалось несколько бойцов из первого и второго батальонов, часть из них была ранена и без командиров они не знали, что им делать.
Трофимов, переговорив с бойцами, ужаснулся тому, что те даже не знали название села, которое их привели штурмовать, не дав отдохнуть после переезда. Мобилизованные уверяли, что вся постановка боевой задачи свелась к словам «да там на двадцать минут работы и сразу пойдёте отдыхать». При себе у них не было ни еды, ни воды, ни запасов патронов.
