Закат в Лиссабоне

Но в первую очередь уехали те, кто громче всех призывал «перестраиваться», «строить новую жизнь»…

 Строить новую жизнь в Таджикистане научали при помощи автоматов… Но если быть честным, то придется признать, что свои трагедии пережили не только таджики, думал Дронго, спускаясь вниз по лестнице. Расстрел российского парламента был таким же актом гражданской войны в России. А бойня в Приднестровье, войны в Карабахе, Абхазии, Осетии, Чечне? Противостояние Шеварднадзе и Гамсахурдиа в Грузии, убийство прямо в парламенте Армении спи- кера и премьер-министра, свержение сразу двух президентов в Азербайджане…

 Сколько всего выпало на долю людей, когда-то поверивших, что они могут жить лучше! В результате вожделенный журавль так и не был пойман, да и синица улетела.

Все, кто сумел за эти годы нажиться на развале страны, благополучно уехали в более спокойные страны. Остались несчастные, не сумевшие приспособиться, обедневшие, озлобленные, растерявшиеся люди, которые готовы были поверить любым авантюристам, любым диктаторам, призывавшим к наведению порядка. Именно на таких людях держались авторитарные режимы в Средней Азии, где количество несменяемых лидеров равнялось количеству президентов всех, без исключения, стран этого региона. Причем характерно, что президент Туркмении никогда не выдавал себя за демократа, президент Узбекистана пытался соблюдать некие «нормы приличия», а президенты Казахстана и Киргизии считались настоящими демократами. Это не помешало ни одному из названных прочно закрепиться на своих местах, раздать «хлебные должности» родственникам и превратить выборы в позорные театральные постановки с заранее известными результатами.

Однако Дронго не считал режимы в Средней Азии самым худшим вариантом развития событий. При всех недостатках вышеназванных лидеров они смогли уберечь собственные народы от разрушительных междоусобиц, не дали превратить огромный регион в арену массового кровопролития, как это произошло в Афганистане, где двадцать пять лет шла беспрерывная война каждого с каждым.

«Человечество не умеет учиться на чужих ошибках, — с горечью думал Дронго, подходя к двери номера «Пьеро», — нужно пройти через мрачные времена Средневековья, костры инквизиции, Варфоломеевскую ночь, религиозную нетерпимость, охоту на ведьм, гильотину якобинцев, реставрацию Бурбонов, поражение при Седане, две империи, пять республик, две мировые войны, чтобы создать современную Францию. И так с каждой более или менее благополучной страной.