Заклеймить девственницу (ЛП)

– Ни одна другая чертова женщина, кроме тебя, не будет вынашивать в себе мое семя. Если я узнаю, что произошла еще одна проклятая ошибка, то сожгу к чертям собачьим эту шарашкину контору, – Тай быстро сократил расстояние между нами. – Только ты будешь вынашивать моих детей.

Его губы захватили мои в собственническом и сладком поцелуе. Мои ноги оторвались от пола, и я почувствовала, как мы движемся по дому, пока меня не бросили на кровать.

– Никогда бы не подумал, что буду рад тому, что этот бык отбил мне яйца, но я готов вновь через это пройти, если это приведет тебя ко мне, – я улыбнулась ему.

– Я знал, что ты – та самая, в тот момент, когда ты только вышла из машины. Ты вернула меня к жизни. Я сразу понял, что буду тем мужчиной, который будет любить тебя вечно.

– Я тоже люблю тебя, – ответила я Таю, размышляя обо всех этих событиях, которые свели нас. Будто вселенная сделала все возможное, чтобы мы были вместе тем или иным путем.

Я положил Мэри-Джейн на кровать, наклонился к ней и стал разглядывать ее прекрасное лицо.

Она подняла руку к моей щеке, и я ощутил прохладное прикосновение к своей коже. Отодвинув ладонь Мэри-Джейн, я посмотрел на кольцо на тонком пальце, а затем поднял взгляд к ее глазам.

– Это кольцо принадлежало моей матери. Папа подарил его ей, когда делал предложение, и, когда их не стало, оно перешло ко мне. Сначала я подумывал отдать его Долли, но она сказала, что если у мужчины, который захочет на ней жениться, не будет своего кольца, то он ей и не нужен.

Мэри-Джейн мне улыбнулась, и я почувствовал, как мое сердце переполняет любовь.

– Я хранил его, думая, что, может, однажды кто-то из братьев захочет его взять. Но увидев тебя, сразу понял, кому оно на самом деле предназначалось. Я чувствую, что мама полюбила бы тебя с той самой минуты, когда ты только вошла в дом. Она обняла бы тебя, приняв как часть нашей семьи. Вы очень схожи с ней по духу. Твое сердце такое же доброе и чистое, и я могу сказать без тени сомнения, что для меня ты – единственная на всем белом свете.

Я припал к ней в поцелуе и начал стаскивать одежду с наших тел. Я не мог держать свои руки и губы подальше от Мэри-Джейн. Когда мы вновь оказались полностью обнажены, я втиснулся между ее бедер и прижался членом к ее киске, застыв а этом положении.

– Я бы хотел знать о тебе все, Мэри-Джейн, но сначала хочу заняться с тобой любовью медленно и нежно.

– Нет на свете ничего, что сделало бы меня счастливее.